Мистраж: Северный ветер

– Ты что делаешь? – схватил ее за плечо Виктор.

– То, что должна, – ответила Снежана, высвобождаясь.

Ксана не обернулась. Но ее руки поднялись к груди, расстегнули молнию, и кожаный пиджак соскользнул на пол. Под ним оказался топ – но уже с открытой спиной. Теперь татуировка была видна полностью: снольв на ней скалил зубы не в ярости, а в агонии. Его тело насквозь пробивал длинный кинжал.

– Что ж, – барменша, наконец, глянула на нее с улыбкой. – Ты достойная соперница, Снежана Волчек. В Логове слишком мало женщин – это, кстати, одно из фатальных упущений.

Она подошла к шкафу и положила одну руку на полку – как видно, на скрытую панель управления. А вторую отвела в сторону – в ней была увесистая зажигалка.

– Пусть наш волчонок войдет, – велела Ксана. – Но только он один. Если кто другой хоть шевельнется – зал вспыхнет, как факел.

Снежана сделала шаг к библиотеке.

– Ты хоть знаешь, что творишь? – негромко спросил Гроган.

– Не беспокойтесь, – сказала ему Снежана. – Вы за меня не в ответе.

Стеклянная дверь отодвинулась с правого бока – ровно настолько, чтобы в щель могла протиснуться худенькая девушка. И Снежана миновала этот узкий, как бутылочное горлышко, проход, и очутилась в незнакомом для себя помещении, где стены давили так, что едва хватало воздуха.

Барменша стояла перед ней. Она уже не казалась бесплотным джинном. Ее крепкое тело словно врастало в пол; под упругой, чуть влажной кожей играли мускулы.

Снежана молча на нее смотрела. В обеих комнатах стало совсем тихо: в ушах звучало только эхо собственного сердца.

Она знала, что мистражи за спиной замерли в ожидании чуда.

И знала, что чуда не произойдет.

Злость не разрасталась по ее телу и не пульсировала в груди. Не было ни холода, ни жара, ни покалывания в кончиках пальцев.

– Что, не выходит? – спросила Ксана с показным сочувствием.

Она сунула руку за спину, вытащила большой – то ли кухонный, то ли охотничий – нож, полоснула по своей ладони, а потом медленно слизала капли крови.

Снежана не издала ни звука.

И тогда барменша кинулась на нее, как огромная черно-белая кошка, схватила, развернула от себя и прижала нож к ее горлу.

– А другое упущение в том, что вы мыслите шаблонами, – заявила она. – И легко проглатываете наживки.