Мистраж: Северный ветер

Вот бы им задуматься, сложить два и два и бежать со всех ног! Так нет же, люди не напрягаются, не включают голову. И ты тоже, хотя нить-то была. Красная ниточка, прямо на горле…

Снежана похолодела, потому что внезапно поняла ответ на один из мучавших ее вопросов. Забавно, что этот вопрос не входил в число самых важных, но по сути он переворачивал все с ног на голову.

– Пани Ирина, – произнесла она. – Мне сразу показалось, что в ее смерти не было смысла. Ладно, испугалась, сболтнула лишнее, но потом ведь предупредила об опасности.

Только пани Ирина ни о чем вас не предупреждала, да? Вам рассказал кто-то другой.

Ник наклонил голову, соглашаясь.

– То же самое и с паном Казиком. Он ездил по городу, пытался запутать следы, но кто-то знал о времени и месте его встречи. Это не случайность, нападение было подстроено. У вас есть осведомитель. И он – среди мистражей!

– От земли и до небес все опутал темный лес, – усмехнулся юноша. – Да, мы повсюду. Даже в тех местах, что кажутся заповедными.

Ты выбрала не ту сторону, ты примкнула к слабым. Мистражи считают себя охотниками и хозяевами ветров, а на деле они – просто слепые щенята.

– Меня не интересуют мистражи, – заявила Снежана. – Я никогда всерьез себя к ним не относила. Все, что я хочу знать: где моя мама? Что нужно сделать, чтобы ее вернуть? Вы же для этого меня позвали – выставить свои условия. Так пусть Проповедник их озвучит. Я ведь в курсе, что он здесь, я чувствую его запах – пусть он выйдет из тени и поговорит со мной без своих прихвостней, сам!

Ник по-звериному оскалил зубы.

Это движение отталкивало, но не особо пугало: создавалось впечатление, будто юноша долго репетировал его перед зеркалом. Слово «прихвостень» ему не понравилось, и все же он отступил назад, освобождая место для более крупного хищника.

Снежана с самого начала знала, что верпы окружили ее кольцом, которое постепенно сжималось. И теперь оно разорвалось: один человек вышел вперед.

Человек в длинном черном плаще.

На миг это показалось странным сном: лес в туманной дымке, покрытый кружевом лишайника – и красивая мрачная фигура, словно шагнувшая со страниц книги. Она определенно впечатляла, но отчего-то не вызывала трепета. Снежана попыталась нащупать в себе хоть каплю того ужаса, который должен испытывать герой при встрече с самым главным злодеем. Но вместо этого вдруг вспомнила, как Дануська назвала плащ Проповедника платьем.