Мистраж: Северный ветер

И отчего-то ей не хватало сил признаться, что она пять минут назад сидела в этом баре с Яном Билибиным.

– Может, пойдем в другое место? Обсуждать что-то втайне от мистражей в их же Логове…

– Все в порядке, до вечера бар обычно пустует, – отмахнулся Виктор. – А если кто-то и будет – возьмем кофе с собой, посидим в парке. Давай, мне так хочется показать тебе это место.

И легонько подтолкнул Снежану к двери, из которой она только что вышла.

Обижать Виктора не хотелось – внутри «Волчьей ягоды» Снежана изобразила восторг на лице.

Однако барменша была верхом деликатности: поздоровалась, как ни в чем не бывало, приготовила капучино и принесла все ту же тарелку с пончиками и круассанами. А потом словно растворилась в воздухе – вернее, в подсобке.

Снежана ощутила дежавю. Только столик на этот раз был другой – не «у окна», а в самом дальнем углу, в маленьком тупике, где горел приглушенный свет, а слова бились об стены, ломали крылья и не долетали до общего зала.

«Ночь любит быть на свету, – снова промелькнула мысль. – День прячется в тени… Да что же это, хватит! Какие дурацкие сравнения…»

Она уткнулась взглядом в свою вторую чашку капучино. На молочной пенке снова были следы из корицы – правда, теперь они выглядели запутанными.

– Ты никому не рассказывала? – понизив голос, спросил Виктор.

– Нет, – мотнула головой Снежана. – Но вообще легко хранить секрет, которым никто не интересуется. Только пан Райнес сегодня донимал. Все выпытывал, почему я такая рассеянная и поймала палку лицом.

– О, вон оно что. Не хотел лезть с расспросами, думал, ты просто ударилась о косяк.

– Ну, совсем, как моя мама! Ладно, до облавы заживет. А ты сказал дяде?

– Нет, – Виктор отвел взгляд. – Сначала собирался, а потом просто не смог. Чувствую себя идиотом.

– Почему? – удивилась Снежана. – Это же огромный шаг вперед! Ты говорил, что мистражи почти ничего не знают о Проповеднике. А теперь начало что-то вырисовываться. Мы даже знаем его внешность – пусть приблизительно, но все же… И то, что он ведет какой-то блог, хоть это звучит странно…

На всякий случай слово «Проповедник» она произнесла шепотом, почти беззвучно.

– Вот-вот, странно! – подхватил Виктор.