Героиня множества трагедий

То, что Слуга Кастер лишь копия, полученная из Трона Героев, не отменяет того, что она считает себя Медеей и обладает её памятью, знаниями… и даже мечтами. — Я — героический дух, при помощи эфира воплощённый в физическом мире. Я ограниченная классом фамилиара копия с легенды о некогда жившем человеке.

— А кто сохраняет эти легенды для копирования? — заинтересовался нетраннер.

— Алайя, воля человечества, коллективное бессознательное — так это принято называть сейчас. Ей нужны воины для отражения экстраординарных угроз человеческому роду.

— Занятно, что это похоже на легенду о Душегубе. Говорят, что где-то в сети есть такая программа, которая ищет самых умелых нетраннеров, потом во время подключения к сети поджаривает им мозги, а копия сознания, ну или души, теперь остаётся у Душегуба.

— Сомневаюсь, что программа способна украсть душу, — пренебрежительно отмахнулась Медея. — Сознание — ещё может быть, с вашими технологиями, но это далеко не одно и то же.

— Тут я не специалист, теологии нас в школе не учили, — Артур только развёл руками. — Хотя, полагаю, если ты и дальше не собираешься ставить хром и собственную деку, тебе этого монстра бояться не нужно… Ах да, ты хотела ещё что-то узнать, пока я не отвлёк от темы?

— Если ты не слишком занят, я бы хотела изучить карту города и узнать больше о нескольких местах, если у тебя найдётся время.

— Где поставить твою лабораторию? В любом случае, мне не трудно, могу делать и два дела одновременно.

Вернувшись к своим потокам чисел и характеристик, Артур одновременно нажатием нескольких клавиш включил проектор и вывел над ним карту Найт-сити: подрагивающие красные линии ясно очерчивали силуэты небоскрёбов, мостов, шоссе, крупных заводов, а вот мелкая застройка и руины на окраинах сливались в общую массу. Медея надела очки, дождалась сигнала о подключении и синхронизации с системой. Теперь её движения будут считываться камерами и после влиять на призрачное изображение.

Волшебница подвесила рядом стеклянный шар со своей картой, затем встала рядом с голограммой и провела двумя пальцами от пустоши на востоке через холмы над городом, канал, край северной промзоны и до моря, обозначенного мелкой красноватой рябью света. С небольшой задержкой «в небе» над городом возникла толстая линия с неровными краями, похожая на плохо заживший шрам.