Вы ещё живы, Такаяма-сан?!

Но в камере нас ждал ещё один неприятный сюрприз. Нисида лежал ничком без движения.

— Нисида-сан, проснитесь! — Кэйташи потряс его за плечо и склонился к самому уху. — Вставайте! Пожар!

Но тот не реагировал.

— Да что же это такое-то, а? — прорычал он и обернулся ко мне, словно в поисках поддержки.

Не говоря ни слова, я подхватил бесчувственного свидетеля на руки, словно маленького ребёнка, хотя весу в механике было никак не меньше семидесяти килограмм. Старший инспектор потратил ещё несколько драгоценных секунд на то, чтобы прощупать пульс на шее Изао.

— Жив! — коротко кивнул он мне. — Уходим!

Обратный путь мы проделали практически бегом, потому что коридор вовсю наполнялся удушливым дымом. И, если Кэйташи ещё мог прикладывать к дыхательным путям высыхающую рубаху, то мои руки были заняты.

— Там должна быть «скорая помощь», — заверил меня начальник участка. — Ему помогут, не переживай.

Я и не переживал. Перед моим внутренним взором клубилось пламя от многочисленных взрывов, а я делал шаг в бездну.

«Сосредоточься! — рявкнул я сам на себя и даже рассмеялся. — Надо выйти!»

Но именно этого сделать я и не успел.

Кэйташи шёл шагах в пятнадцати впереди меня. Он решил, что должен придержать мне двери, чтобы я беспрепятственно вышел на улицу. Вот только он не рассчитал, что пожар за время, пока мы были внизу, не только значительно распространился, но и значительно усилился.

Стоило ему открыть дверь из подвала, как внутрь ворвался багровый язык пламени, опаляя ему волосы. Жаром обдало даже меня, поэтому даже не представляю, какая там была температура.

Кажется, он что-то прокричал, после чего исчез. А дверь закрылась, но не плотно, и теперь из-за неё виднелся прожорливый огонь, проникающий по всему периметру. Хуже того, внутрь устремился дым. Одного-единственного вдоха будет достаточно, чтобы потерять сознание. Ну а там уж понятно, что будет.

Я попятился и глянул на Изао, болтающегося у меня на руках. Никаких перемен, по-прежнему без сознания. Самое главное, что надышаться дымом он не мог, так что причины были явно в другом.

В правой руке, которая проходила под коленями механика, я до сих пор сжимал полотенце. Оно хоть и основательно подсохло за прошедшие минуты, всё ещё могло исполнять свою функцию. Вопрос только в том, как придерживать его у лица.

Впрочем, раздумывать времени не было. Я отошёл обратно к распахнутой камере, положил Нисиду на кровать, рядом положил полотенце. Затем оторвал один из рукавов и привязал им полотенце к лицу.