Вы ещё живы, Такаяма-сан?!

Они уже надеялись прикрыться им или же укрыть от наших глаз.

«Жаль, — подумал я, — что не могу пообщаться с ним. Я бы ему сказал бы спрятаться. Пусть ищут, а наши за это время…» И тут я оборвал сам себя. «А почему я не могу общаться с ним? У нас же есть телепатическая связь, значит, можно попробовать!»

И тогда я попытался сосредоточиться и крикнул, что было сил:

— Прячься!

Хидео стоял у двери и прислушивался, но тут вдруг дёрнулся. Я не был уверен, что он меня услышал. И услышал именно то, что я ему сказал.

«Прячься!»

Подействовало. Мальчик заозирался.

Тем временем в коридоре началась настоящая паника. Голоса звучали громко и отрывисто. Кто-то приказывал залечь. Кто-то кричал, что на такое не подписывался и это уже госизмена.

В кого-то стреляли. Не знаю, то ли это наши стреляли в преступников, то ли те стреляли друг в друга, но ситуация ухудшалась стремительно. Внезапно в дверь ударило так, что она зазвенела.

«Прячься, Хидео! — заорал я мысленно так сильно, как только мог. — Прячься! Мы тебя вытащим!»

Но уже и после первой моей фразы он отскочил, глядя на верх двери и принялся соображать. Всё-таки шестилетки думают не так быстро, как мы. И сейчас это работало против него. Против нас.

За дверью раздался такой ор, который больше подошёл бы русским или американским сержантам, но никак не японцам.

И этот голос замотивировал Хидео куда больше, чем всё остальное. Куда спрятаться, он нашёл раньше. Возможно, тогда, когда его только привезли сюда. Он нырнул в какую-то нишу, которая уходила ниже пола, и затих.

Дверь открылась, и на пороге оказался японец в армейской одежде точь-в-точь такой же, как и на моих преследователях. Он тщательно обводил взглядом комнату, ища глазами мальчишку, но не находил. И его глаза постепенно раскрывались всё шире и шире.

А в следующий момент Хидео допустил ошибку. Он двинулся, видимо, пытаясь лучше усесться. И шорох услышал вошедший в комнату.

Глава 19

Я ничего не мог сделать. Едва подавил в себе желание выбраться из машины и бежать внутрь здания. Без бронежилета я долго внутри не продержался бы. Приняв единственное правильное решение — наблюдать за происходящим, я ёрзал на заднем сидении. Всё-таки я — человек дела, привык решать вопросы, а не наблюдать.