Вы ещё живы, Такаяма-сан?!

Возможно, ты хотел служить в полиции, но тебя не брали из-за твоего происхождения. И ты лил слёзы в подушку, так? — я уже откровенно потешался над Ясуо, боковым взглядом видя, как побелели костяшки пальцев на левой руке, которыми он сжимал спинку свободного стула. — И тогда ты поклялся себе пробиться во что бы то ни стало, так? Любыми правдами и неправдами. И каким-то образом нашёл себе покровителя, который стал тебе в этом помогать. Что ты ему мог дать, Гэндзу? Кроме своей беспринципности? Думаю, ничего.

Ну, может быть, ещё ботинки лизал по выходным.

И эта фраза стала последней каплей. Он подхватил стул, рассчитывая обрушить его на мою голову. Вот только я был готов к этому. А он забыл о своей слабой точке — правой ладони. Туда-то я и нанёс удар кулаком: резкий и без замаха.

Стул выпал из руки Гэндзу, а сам он рухнул на пол, свернулся в позу эмбриона и с диким рёвом принялся баюкать правую руку, которую сейчас, наверняка, разрывала дикая боль.

— Спокойно, — сказал я, присаживаясь как ни в чём не бывало, обратно на своё место.

— Мы ещё не договорили. Так вот, на основании твоих же собственных показаний, добавляется ещё одно покушение на Нисиду Изао. Итого три. Плюс попытка нанесения травм офицеру. Одним словом, — в этот момент в палату вбежала охрана, а секундой позже знакомый мне врач в сопровождении медсестры. Кумико выглядывала из коридора, стоя на цыпочках. — Это приличный срок. Но его можно будет скостить, если ты будешь работать со следствием и сдашь основного заказчика.

— Простите, что тут происходит? — спросил врач, проталкиваясь сквозь охрану. — Почему этот человек на полу? Вы сделали ему больно?

— Этот человек — преступник, — ответил я, поднимаясь и вытаскивая из кармана смартфон, после чего отключил запись происходящего. — И я его арестовываю на основании его же показаний. Кроме того, у меня есть два свидетеля его преступлений. Да, мистер Гэндзу, — я повернулся к стонущему механику, — Нисида жив и совсем скоро будет передан в программу защиты свидетелей.

Врач склонился над механиком и принялся манипулировать с пострадавшей рукой.

— Его сюда направил очень влиятельный человек, — говорил он, продолжая оказывать помощь. — Не думаю, что ему понравится происходящее.

— Я знаю, кто его сюда послал, — твёрдо заявил я. — И мне плевать, понравятся кому-то мои действия или нет. Я арестовываю этого преступника.

— Ему необходима помощь, — врач обернулся и посмотрел на меня снизу-вверх.