Свой выбор

За ней, как вскоре выяснилось, прятался коридор с рядом лифтов. На одном из них, совершенно бесшумном и комфортном, Гарри и гоблин спустились куда-то вниз.

— Вам сюда, — указал гоблин на высокие двери из черного дерева, выйдя из лифта. — Это кабинет поверенного семей Поттеров и Блэков, Ринготта.

— Благодарю, — Гарри прошмыгнул в коридор и поклонился гоблину в знак благодарности.

Когда лифт уехал наверх, Поттер немного испугался, но потом вспомнил то, что прочитал в книгах, и двинулся к кабинету. Двери перед ним распахнулись раньше, чем Гарри в них постучал, и юный волшебник очутился в широком кабинете, обставленном в темных цветах: темный камень пола, зеленые ковры, черный камин, в котором потрескивает огонь.

У противоположной стены высился гигантский черный письменный стол, высокое кресло хозяина и пара мягких темно-зеленых кресел для посетителей. Сам поверенный, упитанный гоблин с черными волосами и кустистыми бровями, стоял в центре и молча смотрел на визитера.

Стоило дверям захлопнуться за спиной Гарри, он отмер и осторожно произнес, прежде чем сдержанно поклониться:

— Пусть золото множится в ваших руках, а враги не знают пощады.

Услышав эту фразу, гоблин осклабился и довольно произнес:

— Мое дело — множить ваше золото, ваши враги — и мои враги тоже.

Это было устаревшей формулой общения между поверенным и его клиентом, но маги, если судить по книгам, вот уже несколько столетий игнорировали банальные правила приличия, в то время как гоблины чтили традиции и законы магии.

— Проходите к столу, мистер Поттер, — пригласил Гарри Ринготт.

— Я рад, что спустя столько лет вижу представителя семьи Поттер. Вас не было в мире магии десять лет.

— Не по моей вине, — сев в кресло и улыбнувшись гоблину, признался Гарри.

Он уже выяснил, что гоблины не только тщательно хранят и приумножают золото клиентов, но и берегут их тайны. Слово гоблина сильнее любого магического обета. Но нужно помнить о формулировках. Хотя в отношении поверенных это не так важно, от их действий зависит репутация, а она для гоблинов важнее любых денег.

— Я не так много знаю о делах волшебников, — предупредил Ринготт. — Но меня все эти десять лет смущало, что я никак не могу исполнить одно из указаний, сделанных еще вашим дедом незадолго до смерти. Он оформил это как приложение к завещанию, но вашему отцу я его не зачитывал, потому как условия не были соблюдены.

— Вот как? — насторожился Гарри.

— Да, но прежде… — гоблин сел за свой стол и выдвинул один из ящиков.