Светлая тьма. Найдёныш

В течение двух недель в основном я занимался только со стариками. Ещё были редкие уроки с Димкой и тренировки с учителем Тацуей. Этикет, танцы и прочее было отменено.

Да и не нужно это было. Занятия с Алексеем Петровичем компенсировали все с лихвой. Кроме танцев. Этому меня больше никто не учил. Зато мне рассказывали о старших семьях. О том, что значит быть наследником такой семьи. Как себя вести и что делать в определённых ситуациях. Многое мне не нравилось, и я так никогда бы не поступил. Но это я, а это аристократы, которые веками общаются с себе подобными, и малейшее проявление слабости моментально оборачивается против них.

Поэтому я, в первую очередь, не должен никому показывать слабость. А как оказалось, посчитать за слабость могут очень многое. Например, если я попрошу кого-нибудь о помощи в деле, в котором могу разобраться сам (людей, которые на меня работают, это не касается). Попрошу прощения (Ведь члены старшей семьи не могут ошибаться. Бред какой). Пропущу мимо ушей оскорбление или просто грубое слово в мою сторону.

Димка мне об этом уже говорил, но он постоянно пытался сглаживать углы, и поэтому картина была неполной. Я не ощущал всей серьёзности этого. А вот старики даже не пытались ничего приукрашивать. Мне кажется, они, наоборот, старались преподнести всё гораздо хуже, чем есть на самом деле.

А ещё из меня пытались вывести ребёнка. Понятия не имею, что это значит, но старики сказали именно так. Не знаю, получилось у них или нет, но как по мне, ничего не изменилось.

Месяц со мной занимались новые наставники. За этот месяц я узнал об окружающем мире и жизни в нём намного больше, чем за предыдущие двенадцать лет. И большинство этих знаний мне не нравились. Но от реальности никуда не деться. Может, только попробовать изменить её вокруг себя. И эта мысль мне очень нравилась.

Как и нравилось то, с какими знаниями я выйду в мир после окончания контракта.

Но я не забывал о том, что обещал Серому и другим ребятам. Поэтому периодически задавал вопросы Волку. И после очередного моего вопроса он выдал, что всё уже готово. Даже старики не стали ничего говорить против. Три дня и вот я стою перед фургоном, в котором привезли моих друзей.