Академия преемников. Яга против!

– Тристан, – рыкнул Кощей, впечатывая кулак в воздушную стену, – помоги ей!

Эльф брезгливо посмотрел на первые рвотные позывы задыхающейся демонессы и отступил еще на два шага.

– Сама себе желудок промоет.

– Падаль, – от давления мужских кулаков стена начала проседать. – Её смерть будет на твоей совести!

– Стой! – крикнула я, подхватывая юбку. – Дай руку!

И сама, схватив ладонь Костика, прижала ее к стене.

– Помнишь заклинание природной закономерности? – прошептала я ему на ухо, косясь в сторону подозрительно смотрящей лоа.

– Угу, но с чего ты взяла…?

– Здесь в символах дикий перекос в сторону поглощения, они тянут энергию из тех, кто стоит по ту сторону барьера.

– И ты решила их выровнять, чтобы они тянули заодно и из нас? – скептически прошептал Кощей, закрыв меня спиной от Мамаши.

– Не глупи! Лучше подумай, что будет, если ты и я применим чары в одну точку?

– Стену снесет к демонам, а заодно и эту зловредную мадам, – медленно осознал он.

– Ну, на это я бы не рассчитывала, да и времени на подготовку у нас нет, придется обходиться одной вербаликой.

Сухие ладони с чуть шершавой кожей накрыли мои. Я только успела бросить остальным просьбу прикрыться щитами и держать парочку наготове, чтобы накрыть наших. Голоса зажурчали в унисон, накладываясь друг на друга:

– Небо капает на землю, вся земля стремится к небу…

– Смерть и Жизнь хотят победу, но какой ценой…

– Боль и смех играют в прятки, оставляя лишь догадки…

– На покой и сладость падки каждый, кто живой.

Амиру уже не просто рвало содержимым желудка, в рвоте явно была кровь. Занервничавший Тристан, оценив направление нашего удара по стене, поднял руки в пораженческом жесте и опустился на колени, отодвинув испачканные волосы демоницы. Мы продолжали бормотать, усиливая напор голоса с каждой строчкой и подходя к концу:

– Равновесие лишь в Жизни!

–… в Смерти!

Оглушительная тишина навалилась на нас. Даже Амира продолжала биться в судорогах молча, не имея больше сил кашлять.

– Мать моя Вуира! – хлесткие воздушные осколки рассыпались на нас, молотя по плечам и возведенным щитам. Я не успела возвести оберег, а потому просто укрылась в объятиях Кощея, который мужественно терпел болезненные покалывания по лицу и рукам.