Академия преемников. Яга против!

– Мы думали, она тоже хочет зеленые волосы, как у нас!

Самая маленькая кикиморка пряталась за старших, тихонечко подвывая от ужаса – страшный Евгений терроризировал оба факультета уже третий день.

– С чего вы это решили?

– Н-настой крапивы был з-зеленый, – заикала одна из пакостниц. – У нас волосы тоже зеленые. Мы красивые. Значит, это человечка тоже хотела быть красивой, подобно нам. Но мы-то знаем, что крапива почти не красит волосы, а откуда это знать простой человечке? Вот мы и нашли у нее в шкафу пахучую зеленушку.

– И?

– И в воду добавили, – понурилась она. – Девчушка волосы там прополоскала, а потом как закричит!

– Мы решили, что от радости, а она как давай всех бесов поминать, будто ей жужелица под юбку заползла! Ну, мы и…

– И?

– Деру дали, – доверительно сообщила малышка, вынырнув из-за старших.

– А бесы пришли на ее крики. И сдали нас, как часы в ломбард, предатели!

– Тётечка Яга, не нужно Онегина, пожалуйста!

– Пожалуйста! – подхватили все трое. – А мы вам картошку от колорадского жука рядом с избушкой обработаем.

Я покрутила в руках яблочный огрызок и незаметно покачала головой в сторону дверной щели. Рано пока.

– Командирую вас к бабушке на неделю, – решение принято. – Каждый день после занятий будете ходить к ней, перевоспитываться, но чтобы к девяти часам возвращались обратно. В сопровождающие выпишите себе ту пару бесов, которые настучали на вас, я попрошу об этом юхву. Вопросы есть?

– Никак нет, – приободрились девочки, лихо переглядываясь между собой.

– И «Письмо Татьяны» рассказать Кощею до среды. Каждая! – крикнула я в улепетывающие спины.

Едва не сбитый в дверях Арсений ловко подпрыгнул, пропуская малявок под собой, и кинул на свою парту дипломат. Сумка грохнулась на стол со звуком землетрясения, будто в классическом черном дипломате были не книги, а вся руда Урала.

– Вот Костя обрадуется трем Татьянам под дверью.

– А нечего было ко мне анку с откровениями отправлять, – невозмутимо поджала губы я. – У меня чуть сердечный приступ не случился, когда из-под балахона рифмы полились. Я люблю поэзию, но не в три часа ночи и не от гниющего паренька, надушившегося цветочным одеколоном, чтобы не выдать себя запахом раньше времени.

– Это хорошо, что у нас никаких адаптационных школ нет, а то водить хороводы с мальками было бы совсем тоскливо.