Шоу "Невеста для вампира"

Во время съемок, Илай не сводил глаза с Николь Марии. Ему нравилось просто любоваться ей, ловить каждое движение, как нечто особенное. Этим вечером она выглядела уставшей и больной и это встревожило его. Ее щеки ярко пылали, а глаза лихорадочно блестели, словно у нее жар. Он видел, как тяжело давалось ей каждое слово и когда она обмякла, как тряпичная кукла, завалившись на бок, забыв обо всем, бросился к ней.

– Николь Мария, что с тобой? – подхватывая ее, прокричал Илай. Она не ответила, повиснув у него на руках.

Он положил ей два пальца на шею – пульс едва бился. – Врача! Быстрее!

– Пусти, я посмотрю! – прозвучал над ухом, голос Люциана. – Ну давай, двигайся!

– С чего вдруг? – огрызнулся Илай.

– Я врач! – сердито бросил Люциан, протискиваясь к Николь Марии. – До того, как стать модельером, работал в службе спасения!

Илай отпрянул, позволяя вампу осмотреть девушку. В голове стучаала только одна мысль – неужели Николь Мария заболела, от долгой жизни с Ромой? Как сильно уже успел разрушится ее организм? К ней бросилась Клеона, но он перехватил ее за талию, не давая приблизиться.

Остальные наблюдали за происходящим либо со своих мест, либо чуть приблизившись. Леон торопливо выбежал из студии. Камеры продолжили снимать.

– Наверное, она перенервничала, – пролепетала Клеона, глядя на подругу. Николь Мария не приходила в себя. Люциан проверил ее пульс, приподнял веки, ощупал шею. Задержав взгляд на декольте, с силой рванул ткань, так что пуговицы отлетели.

Кожа под тканью порозовела и покрылась чем-то коричневым. Камера приблизилась.

– Прекратите снимать! – рявкнул Илай.

– Эфире продолжается, – спокойным, но властным голосом сказал Леон.

– Это отравление, – крикнул Люциан и стал рвать на Николь Марии одежду. Илай встал между ними и камерой.

– Хватит!

– Мы должны быть честны перед своими зрителями, невозмутимо проговорил Леон и Илаю захотелось ударить его.

Страх за жизнь Николь Марии смешалася со злостью на ведущего и превратился в гремучую смесь.

– Леон, ты нарушаешь закон, – вмешался Аларик. – Ты не можешь снимать человека, находящегося без сознания, потому что он не давал на это согласие и может находиться в невыгодной для себя и репутации позиции.

Илай не дождался, что на это ответит Леон и с силой отбросил камеру в сторону. Раздался грохот, свет замигал и на миг стало темно.