Сестра печали любовь

И откуда такая уверенность?

Между тем, хобот, на который женщина не смотрела, но который все равно замечала, перестал раскачиваться, а стал угрожающе вздыматься и вытягиваться в сторону Тамары. Тут она поняла, что отступать ей некуда, а отворачиваться и медлить больше нельзя. И она устремила свой взор на то, от чего отводила его прежде, вложив него все свои эмоции и чувства – свой страх, неприятие, отвращение, ужас, ненависть, гнев. Все, что переполняло ее в последние дни, в том числе, и благодаря Гектору.

– Гори в аду! – закричала она. – Гори в аду!

И как такое возможно? Как ей это удалось? Хобот, к которому она ни разу даже не прикоснулась, внезапно вспыхнул ярким факелом. От факела немедленно загорелась длинная и густая шерсть на звере, и вот, через мгновение, уже неистово полыхал весь мамонт. Сквозь бушующее пламя она видела, как там, внутри, точно в клетке, корчился и кривлялся Гектор Кумбарский. Да он просто купался в этом нереальном колдовском огне! А потом бывший музыкант запрокинул голову и громогласно захохотал демоническим хохотом.

Неужели, он хотел этого? – подумала Тамара с ужасом. Этого?! Что ж, получай, что хотел!

В следующий момент пылающий, как стог сена, мамонт вывалился за пределы начертанного на полу Кумбарским охранного круга. И там тоже все вспыхнуло, хотя и гореть, казалось, было, нечему. Ясно, что с этим огнем не все было чисто. Через мгновение вокруг алтаря, на котором оставалась лежать Тамара, стояла стена огня.

Дона, кстати, нигде не было видно. И уже давно, Тамара даже не заметила, в какой момент тот исчез. Почел за благо удалиться. Видимо, ретировался, едва только заработала на полную мощность эта фабрика огня, и все пошло не так, как они планировали. Что ж, вовремя унести ноги, значит не сбежать, а сменить локацию. Искусство отступать – наиважнейшее из искусств.

А вот Тамаре отступать было некуда.

Да она и не могла, в том числе, чисто физически. Пламя ревело и бушевало вокруг ее ложа, и по отношению к ней оно было вполне реальным пламенем. Жар становился нестерпимым, огонь облизывал ее длинными языками – она уже чувствовала, как быстро высыхает и натягивается ее кожа. Еще немного, и начнет трескаться. Ой, что же делать! Неужели – все?

– Серге-ей! – неожиданно для себя стала звать она на помощь милого своего друга.