Сестра печали любовь

Вы знаете, к кому я пришла, кому должна помочь! Лучше посодействуйте мне сами, у меня слишком мало сил. Тише, тише! Слишком мало сил... Она продолжала вслушиваться, стараясь уловить тот слабый голос, единственный, который был ей нужен. Это было практически невозможно, все, весь диапазон перекрывал общий фон. Помолчите! Вы мне мешаете! – взмолилась она. Я должна услышать!

Будто вняв ее просьбам, откликнувшись на горечь слов и боль души, внешний гул голосов стал снижаться, стихать, пока окончательно не сошел на нет. И тогда, отделив, наконец, от фона идущий из скалы тонкий волосок ее сигнала, Тамара потянулась ему навстречу и позвала тихонько: Бэлла.

Кумбарский вовсе не собирался носиться по городу В* в поисках несуществующего кладбища. Тем более, еврейского. Нет уж, увольте! А что он собирался, так это не выпускать Тамару Эдуардовну, дай ей Бог всяческого здоровья и везения, из виду. Вот как накануне одобрил собственную мысль, что неплохо бы за ней проследить, так и стал ей пунктуально следовать, и с утра уже занял наблюдательный пост на Урушалимке.

Нет, одна помеха все-таки возникла, в лице некой растрепанной зрелой дамы в пестром махровом халате, пожелавшей узнать, по какому поводу посторонним автомобилем перекрыт проход к ее выносному туалету. Так с ней таки была проведена разъяснительная беседа, немедленно, и в дальнейшем ни с ее стороны, ни вообще, никаких недоразумений больше не возникало.

Ждать пришлось недолго. Кумбарский со своего наблюдательного поста прекрасно видел, как к дому Тамары подъехал Лева Перегожин, как вскоре спустилась по лестнице целительница и села в джип ресторатора. Он проследил за ними и дальше, до улицы Мартынова, видел, как они вошли во двор музыкальной школы. Тут Гектор велел припарковаться на другой стороне улицы, возле школы.

– Все, ждем здесь, – наказал он охране. – И смотрите в оба, чтобы не пропустить.

Охранников, не считая водителя, с Кумбарским было как всегда двое. Здоровенные парни, преданные ему душой и телом, не раз им испытанные в различных ситуациях и готовые на все.

– Можете покурить пока.

Парни, включая водителя, закурили. Каждый открыл окно, возле которого сидел, и стал выдувать дым туда. Машина сразу окуталась султаном, точно духовой шкаф, в котором подгорели сухари.