Сестра печали любовь

Местные почему-то называли сию безусловную городскую достопримечательность «Гнездом Зимородка», но на старых планах города она обозначалась иначе – «Вилла Кумбариди». И если с первым названием все было понятно, дом своим изящным силуэтом и стремительной иглой башенки, похожей на задранный к небу острый клюв, действительно напоминал замершую на гранитном отвесном берегу перед броском в воду птицу, то со вторым было сложней. Мало кто из ныне живущих в городе В* жителей мог не только его объяснить, услышав невзначай, но даже и просто озвучить, проартикулировать.

Фамилия Кумбариди была здесь никому не известной и казалась чужеродной и чересчур сложной для произношения.

А между тем, так было не всегда.

Когда-то, в незапамятные времена, еще, как говорится, до эпохи исторического материализма, дом этот принадлежал купцу греческого происхождения из Одессы Александру Климентьевичу Кумбариди. И построил он его для своей нежно любимой жены, дочери местного аптекаря и уроженки Урушалимки, Цили Ефимовны Фортель.

Трехэтажный особняк из красного кирпича с белокаменной отделкой архитектурных элементов и декора, был невероятно хорош и романтичен. Из окон верхних этажей открывались захватывающие виды на реку, на острова на ней, на необъятные заречные, тогда еще не застроенные, дали. И точно так же Урушалимка с ее убогими домишками, утопавшими в зелени яблоневых и вишневых садов, из дома купца, особенно из его угловой башенки, была видна, как на ладони.

И часто красавица Циля Ефимовна простаивала у окна, именно в башенке, откуда могла видеть также и родительский дом, и удивлялась, как такое могло с ней случиться, чем заслужила она благосклонность Господа, что он так вознес ее над прежней жизнью.

Однако пути Господни неисповедимы, это абсолютно точно. Череда исторических вихрей, войны и революции разметали семью Кумбариди. Многих Господь прибрал, а тех, кто уцелел, с небес спустил на землю. Потомки Александра и Цили Кумбариди вернулись на Урушалимку, в дом бывшего аптекаря Фортеля, и считали, что им повезло.

Фамилию они изменили на Кумбарские, чтоб не возникало ненужных ассоциаций.

Дом Кумбариди пережил случившееся лихолетье и уцелел. Во время последней войны он был поврежден, но не сильно. Его национализировали, поскольку о прежних владельцах, так они были оглушены и опалены войной, не было ни слуху, ни духу. Впрочем, справедливости ради, их не очень-то и искали.