Богатыристика. Тайны сухого озера

Рита кивнула, её губы приоткрылись… И в этот миг до нас донёсся душераздирающий крик.

- Это из лагеря, - сказал я.

Схватил её за руку и мы побежали.

Глава 8

…Сначала я увидел, как сильно, неестественно сильно качаются верхушки елей на той стороне озера. Они гнулись, как трава на ветру, хотя никакого ветра не было, поверхность озера оставалась гладкой, как растянутая пищевая плёнка.

И едва выскочив на берег, я увидел…

Великана.

Он шагал по лесу, как по пшеничному полю, ёлки доставали ему до середины бёдер, он вёл по ним ладонями, от этого они и гнулись.

Я онемел.

Из глубины души поднималась, как пена в кружке с пивом, обида.

Ведь только что вся чертовщина рассыпалась! Может, не на все сто, но я был уверен: если копнуть глубже, то можно объяснить и мгновенно высохшие волосы, и росу на байке. Да, ведь ещё оставался мост! Я совсем забыл о том, как деревянный на вид мосток на ощупь превращался в добротный бетонный настил…

И я понял, почему вспомнил о нём именно сейчас: великан.

Первая - и главная - мысль была такая: галлюцинация. Морок. Обман зрения.

Я вспомнил смотренного в детстве «Всадника без головы». Леденящая картина гигантской лошади с трупом на спине объяснялась там очень изящно, хотя и не слишком научно.

Но кто я такой, чтобы в этом разбираться? Наверняка великан - нечто похожее. Туман - это мелкодисперсная взвесь воды, так?

Значит, всё элементарно: где-то в лесу идёт мужик, туман создаёт гигантскую линзу и превращает его в великана.

Я выдохнул.

Всему есть объяснение, - говорил инструктор. - Даже если его нет ни на первый, ни на второй взгляд, всегда помните: чёрный лебедь существует.

Я успокоился и посмотрел на Риту.

Девушка не отрывала взгляда от фигуры великана. Губы её побледнели, от них осталась узкая полосочка, а глаза напротив, были огромными, с чёрными бездонными зрачками на всю радужку.

- Всё хорошо, - я притронулся к её запястью, кожа девушки была липкой и ледяной.

С трудом она сфокусировала взгляд на моём лице, а потом моргнула.

- Да, конечно, - сказала она сонно, словно только что проснулась, но не до конца. - Ты прав, это всего лишь мираж.

И тут мы услышали ещё один крик.

Дёрнувшись одновременно, мы бросились к лагерю.

Мне показалось, что орал Бабуин.