Богатыристика. Тайны сухого озера

Закрыв тайник и опустив седло, я сделал шаг назад, но вспомнив о сгоревшем хуторе, вернулся, забрал пистолет, магазин и всё остальное, рассовал по карманам, спрятав так, чтобы со стороны не было заметно.

Со стороны озера послышался громкий всплеск, я резко обернулся…

Рыба.

Наверное.

Но адреналин уже выплеснулся в кровь, чувства обострились и тело принялось действовать самостоятельно, не дожидаясь команды разума.

Бесшумно отступив в густую еловую тень, я достал только что запиханную в карман тонкую балаклаву, с прорезями для глаз и осмотической мембраной на уровне ноздрей.

Но сейчас мне нужны другие её свойства, самые утилитарные: моя белобрысая башка с светлой, успевшей отрасти щетиной, выделялись на чёрном фоне, словно голову подсвечивали фонарём.

А теперь меня можно обнаружить, разве что, наступив.

Пистолет я доставать не стал: выстрел прогремит на весь лес. К тому же, в кого именно стрелять, я пока не понял.

В озере плеснуло ещё раз, но только не напротив нашего лагеря, а чуть дальше, за громадным, в человеческий рост валуном, оставшимся здесь со времён ледникового периода.

Валун густо порос лишайником, на его макушке притулилась карликовая сосенка, вокруг разбросано несколько камней поменьше.

Перебравшись по камням на другую сторону валуна, я вновь присел в тени, всматриваясь в поверхность воды и чувствуя себя изрядно глупо.

Весь мой человеческий опыт, да и простая логика твердили, что это рыба.

Но одновременно с этим в груди ворочалось глубинное, первобытное чувство, которое настойчиво утверждало: никакая это не рыба.

Филин, безопасно устроившись на толстой сосновой ветке, молча наблюдал за моими действиями, саркастично посвекивая яркими, как уличные фонари, глазами.

И сначала я ничего не вижу: поверхность озера, гладкая, как туго натянутый барабан, не искажается ни единой морщинкой, и только светлое отражение луны словно бы танцует на воде, как живое.

В глазах начинает рябить. От долгого всматривания в темноту кажется чёрт знает что: кусты превращаются в чудищ, белёсые стволы берёз становятся красавицами в сарафанах, под водой проплывают гигантские тени…

Я пожалел, что не взял с собой ночник. ПНВ - это такая штука, которая не оставляет места для фантазии. Он на это неспособен: видит лишь то, что существует на самом деле.