В начале марта

Леля почувствовала, как жар бежит по венам, и как губы растягиваются в улыбке. Она сделала это! Прыгнула с высоты в несколько метров и устояла.

— Эй ты там живая? — услышала Леля голос Мораны.

— Да!! — ответила она и, не сдержавшись, рассмеялась.

— Ниче смешного! — заорала ей Морана, впрочем, по тону голоса было понятно, что она не переживает за Лелю. — То, что ты не чувствуешь боли, еще не значит, что твоему человеческому телу не причинен ущерб!

— Все равно! — крикнула ей Леля.

Не переставая лихорадочно улыбаться, она двинулась в сторону избушки.

15

Глава 13

От того, что решение было принято, по телу Лели разливалось тепло. Исчезла тревога, которая по крохотному кусочку изгрызала Лелю изнутри. Она ее не замечала, но, когда тревога исчезла, Леля ощутила это сполна. Захотелось расправить плечи и не идти, а лететь по тропинке.

Она вернется в Явь.

Вернется к Косте, Яне и всему, что оставила в мире людей. И почему это решение казалось ей таким трудным? В конце концов, даже Мокошь на это намекала.

Едва не вприпрыжку Леля мчалась по тропинке. Она не свернула к избушке, а побежала к водопаду. Новость распирала ее изнутри. Леля не смогла бы сейчас сидеть и ничего не делать. Особенно после того, как Чернобог испортил ее списки дел.

И черт с ними! Теперь Леле все равно. Пусть кто-нибудь другой этим занимается… Другая, следующая Леля. А она будет жить свою обычную жизнь и радоваться, что выбрала ее.

Новостью хотелось поделиться. Хороших друзей Леля не успела завести, но теперь это ее не беспокоило. Еще чуть-чуть — и эта проблема перестанет быть насущной.

Зато с приятными знакомыми дефицита не было. А так как Леля находилась близко к речке, первой приятной знакомой, о которой она вспомнила, была Нимфея. Правда, уяснив, что это будет последний раз, как они увидятся, Леле стало грустно и она замедлилась.

Леля дошла до водопада за две минуты. То есть за две минуты она дошла до кристально чистой реки из густой чащи, где болото воняло так, что можно было задохнуться.

Нимфея сидела на камне, лениво покачивая хвостом, который блестел в лучах солнца. Оно было таким ярким, что Леле после мрака болота приходилось щуриться.