В начале марта

— Ну я же русалка! — возмутилась Нимфея. Тут-то она наконец-то открыла глаза, посмотрела на Лелю и выглядела при этом весьма воинственно. — Нас всех так зовут. Нимфея, Лилия, Дафния…

— Так вас много? — сказала Леля.

— Конечно.

— И где же остальные?

Нимфея покачала головой и впервые за весь их разговор промолчала. То есть ничего не сказала. То есть вообще ни слова!

Леля не обиделась. Раз не говорит, значит, на то есть причина. Разбираться какая, Леле не хотелось. Все-таки у нее есть дела поважнее.

Ей нужно принять решение.

Остаться богиней весны и лета, жить свою новую жизнь в Нави и наслаждаться этим положением. Или вернуться к Косте, без которого некогда она не могла прожить и пары дней.

12

Глава 10

Леля не приняла решение ни в тот вечер, ни на следующий день. Она бы с радостью заморозила время и вечность просидела бы, думая, как лучше поступить. Но способности останавливать время у нее не было. И, похоже, ни у кого в Нави тоже.

Леля хотела попросить Нимфею твердо сказать ей, что делать.

Но возвращаться к ней с просьбой и без свежих сплетен Леле было не удобно. Раздобыть их ей не удалось. Даже за ужином. Леля пыталась подслушивать чужие разговоры, но уже на первых десяти секундах переставала это делать, понимая, как нехорошо себя ведет.

Сама Леля ни с кем не заговаривала. Было не с кем. Обращать на себя внимание Мораны не хотелось, потому что это было опасно для самооценки, а Карна на все попытки Лели завести разговор, отвечала несчастным лицом.

Наверное, после третьего ужина, который прошел так же, как и первые два, Леля выглядела совсем уж печальной, как Карна, так что к ней подошел Ярило.

— Что-то случилось? — спросил он.

Леля брела вдоль избушки. Спать не хотелось, потому что Леля знала — как только она ляжет в кровать и закроет глаза, в голове закрутяться плохие мысли и ей станет еще хуже. Поэтому Леля решила пройти несколько кругов вокруг избушки, чтобы вымотаться и оттого быстрее заснуть.

— Да так, — сказала Леля.

Леля не хотела разговаривать.

Хотя таким образом можно было хоть какое-то время не думать о выборе между Навью и Явью.

— Прости, что говорю это, — сказал Ярило. — Но по тебе не скажешь, что все хорошо. Можешь мне рассказать. Обещаю, что не буду смеяться.

Ярило говорил искренне и Леле сделалось смешно от его тона. Правда, когда она сама заговорила, от веселости не осталось и пылинки.

— Я познакомилась с Нимфеей.

— Так, — сказал Ярило. — Тогда я не понимаю. Обычно Лелям нравится ее компания.