Каникулы с друзьями, что необычнее тебя

Валерика, поразмыслив, остановила свой выбор на Мареке – коренастом парне с коротким ежиком жестких черных волос, который опирался на удивительно толстую трость.

"А ведь он мой ровесник, – невольно подумалось Ярославу. – И уже с тростью ходит…

Причудливы бывают повороты судьбы, что тут скажешь".

Костя же тем временем дружески хлопнул по плечу оставшегося ему Радмила и с вызовом подбоченился.

– Распределение закончено, о прекрасная Афина! – провозгласил он. – Моя команда готова к твоему испытанию!

– Славно, молодцы! – похвалила их Агата.

Изнутри штабная палатка казалась даже больше, чем снаружи – просторный плотный шатер всего с одним затянутым полупрозрачной пленкой окном, но освещенный светом полудюжины походных светильников, пристроенных под тканевым потолком. Внизу расположились четыре круглых стола – три больших, окруженных пятью пластиковыми стульями каждый, и один поменьше (видимо организаторский), – и некое подобие переносной классной доски, уже расчерченной на три столбика.

А за организаторским столиком восседала, сложив руки на груди, закинув ногу на ногу и закрыв глаза, Валеска. Впрочем, стоило первым "афинянам" ступить под своды палатки, как она тут же распахнула глаза и поднялась им навстречу, приветственно раскидывая руки в стороны (Яр невольно подметил, что в отличие от "античного" наряда младшей вожатой, старшая осталась верна спортивному костюму).

– Добро пожаловать, ребята, рада вас видеть!

– Привет! А-а где Адам? – озадачилась вошедшая следом за Костей и Ариманом Лео.

– Адам у "Гермеса", помогает с организацией игры им, – пояснила Валеска, одновременно с тем поочередно указывая на столы. – Он слишком бурный для интеллектуального ристалища, и мы решили его заменить.

– Да уж, и правда бурный, – хмыкнула Венси, привычно устраиваясь рядом с братом. – Только это что выходит, у нас с другими домами разные игры?

– Ну, ты же сама говорила, что Гермес другим качествам покровительствует, – так же безмолвно отозвался Ярослав.

– Ну да…

Пока остальные рассаживались, близнецы окинули взглядом убранство выбранного ими стола. Столик был, как и стулья вокруг него, пластиковым, симпатичного салатового оттенка. Посреди стола стоял пластиковый стаканчик, наполненный ручками и карандашами, рядом аккуратной стопочкой лежали картонные прямоугольники, а чуть в стороне – еще одной стопкой альбомные листы.