Дарк

Стоит признать, что встречи с Гробовщиком я совсем не желал и боялся. Этот сухой тип с серой кожей, насквозь смердящий полынью, сделался настоящим кошмаром. Я точно знал: следующую встречу с ним я не переживу.

− Не кипишись, это я дверью хлопнул, − сказал Антон. − В гараж ходил.

− В гараж? − переспросил я. − Зачем?

− Хотел выяснить, на чем покойница приехала, − пояснил Антон.

− Выяснил? − переведя взгляд на свою руку и обнаружив, что до сих пор сжимаю пистолет, я убрал его в кобуру.

− Да, − ответил Антон.

− В гараже стоит «Демио», в бардачке лежат документы на Петрову Марию Васильевну. Судя по фотографии, это наша горничная.

Он говорил отстраненно, словно происходящее было только нашей с Олей проблемой, а он просто мимо проходил. Самообладание он не растерял.

− Идем в кухню, − сказал я. − Нужно обсудить, что делать с телом.

Антон сделал жест «после тебя».

Оля стояла у окна, глядя на улицу, где в темноте одиноко горел фонарь у засыпанного опавшими листьями мертвого пруда.

На звук наших шагов она обернулась. Я отметил, что девушка была по-прежнему бледна, но взгляд уже не метался, и в целом Оля выглядела более собрано. Хорошо, значит, сможем обсудить план дальнейших действий.

Антон пересек кухню и прислонился к холодильнику стального цвета, скрестив руки на груди. Я сел за стол. С минуту молчали.

− Мы должны решить, как поступить с телом, − сказал я.

Оля судорожно вздохнула и сцепила пальцы в замок.

− Зачем с ним как-то поступать? − спросил Антон.

− Женщина умерла от естественных причин. При осмотре на ней не обнаружат следов насильственной смерти. Нужно только отлепить скотч от рук и ног, и надеяться, что синяков не осталось. И остатки клейкого состава стереть.

Я поморщился:

− Не хочу, чтобы ее нашли в доме. Предлагаю перенести в машину. Включим двигатель, оставим гараж открытым. История будет такая: она собиралась уезжать, стало плохо с сердцем и умерла.

− Не понимаю, чем смерть от инфаркта в гараже естественнее смерти от инфаркта в гостиной, − заметил Антон.

«Потому что хозяйка этого дома уже убита» − хотелось сказать мне. «Потому что я и Максимова как-то связаны. Потому что ее убийство повесят на меня, и мне позарез нужно сделать так, чтобы горничная умерла вне дома, чтобы никто не связал эти события воедино». Но я понимал, что знать о смерти Максимовой Антону совсем не нужно.

− Если ей стало плохо с сердцем, почему она не вызвала скорую? − спросила вдруг Оля.