Бедовый 3. Княжий человек

Нет, по поводу благородства к нему вопросов не было. Только какой я ему брат? Ивашка без году неделя в рубежниках. Однако все же ответил.

–Представая хозяином сего дома, я, Илия Шеремет, сын Никиты Шеремета, приветствую благородного брата. Если ты пришел сюда с чистыми помыслами и не тая зла, то не потерпишь вреда для себя, не будешь уязвлен в промысле и знаниях.

И сразу солнце словно выключили. Осталась только громадная сила, заключенная внутри кощея на троне. А учитывая внушительную оболочку, промысла в нем хранилось немало.

Хоть в пятилитровку разливай и на маркетплейсе продавай.

Шеремет был огромным. Может даже больше Сани. Только последний оказался раскачанным амбалом, а Илия предстал просто здоровенным от природы дядькой. Я встречал таких. В школе со мной учился Ваня Федорычев, который на спор гнул монеты и гвозди «двусотки». И это в восьмом классе. Причем, с виду обычный пацан, но сила в руках заключена немереная.

Воевода же вышел еще и габаритами. Трудно было оценить, насколько Илия высок, когда он сидел.

Но мне подумалось, что он что-то около двух метров. Здоровенный, словно космодесантник Императора человечества – плечи, руки, ноги.

Лицо немолодое, но и стариком его назвать язык не поворачивался. Я ожидал увидеть какого-то русского богатыря, застрявшего в середине второго тысячелетия. А передо мной предстал гладковыбритый мужчина с прямыми светлыми волосами. По длине – чуть больше, чем позволялось носить пацанам в моем районе.

Облачен воевода был в свободную рубаху, с рукавами, закрывающими запястья.

Не посконно-русская, а с модным стоячим воротником. Правда, рубаха сидела как-то странно. Будто под ней находился броник. Шеремет шевельнулся и я понял – кольчуга. Ничего себе. Это же он не меня боится?

На ногах штаны тоже свободного покроя, впрочем, сидевшие идеально. А нетерпеливо притопывал Шеремет высокими кожаными сапогами. Ни говоря ни слова.

Я тоже не торопился начать разговор. Во-первых, не знал что именно нужно говорить. А попасть впросак не хотелось.

Костян вон один раз ляпнул лишнего, теперь с Ольгой мучается.

Во-вторых, где-то читал, что старшие всегда говорят первыми, а юнцы должны ждать, когда им разрешат сказать слово. Конечно, пережиток прошлого, но так и половина рубежников в этом прошлом серьезно застряла. Поэтому надо следовать правилам. Мне с этим дяденькой надо если не подружиться, то хотя бы не поссориться.

В-третьих, я почувствовал, что это вроде игры в гляделки.