Сумеречный Стрелок 3

***

Следующим утром я как всегда посетил тренажёрный зал, затем душ, на завтрак подкрепился омлетом и вкуснейшим пирогом с лесными ягодами, а затем мы выехали с Жориком на встречу с Зильберманом. Договорились побеседовать возле его фабрики по производству мебели, расположенной на набережной Сочи.

— Вы даже не представляете, молодой человек, сколько мне трудов стоило отстоять это место под фабрику, — мы с Зильберманом устроились на лавочке и сейчас смотрели в сторону бушующей реки.

Выглядел он вполне себе бодренько, учитывая, что ещё вчера был тяжёло ранен.

Он усилил охрану, как и я свою. Несмотря на то, что война закончилась, покушение врагам только на руку.

Зильберман между тем похлопал по гладкой поверхности лавки:

— Вот это изделие — наше. Как и все остальные на этой аллее. Людей много, и продаём мы зачастую сразу с пылу с жару. Со скидкой, разумеется... Но это лирическое отступление. Мы ведь встретились поговорить о другом...

Я утвердительно кивнул:

— Да, по внутреннему уставу клана завтра собирается совет, где будут выбирать нового главу.

Кандидатура Павла против моей.

— А, вы об этом, — засмеялся еврей. — Вы немало хотите. И вовремя. Насчёт этого не беспокойтесь, я проголосую за вас. Как я уже говорил, с вами замечательно иметь дело.

— Вы знакомы с наследниками Драгунова и Збруева? Что нам ожидать на голосовании? — пожалуй, это были главные вопросы, которые я хотел задать ему.

Зильберман хитро прищурил глаза, взглянув на меня:

— Павел ещё тот прощелыга, все это знают.

Игроман, который готов спустить всё, что только можно. Такому не доверят ничего, что связано с деньгами, что уж говорить о главенстве клана. Я знал этого шкета, когда он ещё под стол пешком бегал. Обидчивый, злой и дёрганый. Из него лидер как маца на дрожжах.

— Это верно, — улыбнулся я, добавив, — И, как вам уже, наверное, доложили, отравление и бомба — его рук дело.

Зильберман выдал несколько слов на непонятном языке, явно выругавшись. — Да, я уже знаю, — ответил старый еврей.

— И продолжаю утверждать, что он не мог сам такое провернуть. Пегасов ему помог как пить дать.

— Да, похоже на правду, — ответил я. — Но нам надо убедиться в этом. Скоро выясним. Но ещё будет голосовать брат Драгунова, — ответил я. — У него тоже есть право голоса.

— Он всегда был тенью Василия Игнатьича и наверняка проголосует за сильного, а это вы. Хотя тут я точно не могу сказать. Чужая душа — потемки, — вдруг Зильберман оживился и всплеснул руками.