Егерь. Том 2

— Что? Ты оскорбил мой род! Это все слышали, гнида! — заорал Пожарский, сходя с ума от ужасной несправедливости.

— Хватит! Петр, успокойся. Ты и так ему врезал, давай, отойди, — заявил друг Пожарского и преградил ему путь.

— Да, брат, ты правда чуть не в себе, — послышался еще чей-то голос.

— Нет, ну бросаться так тоже не стоит. Конечно, Гаврилов зря это брякнул. Но он же тебя не бил, если так.

Слыша это все, Пожарский осмотрелся по сторонам, видя, что... Что ничего не случилось. На него никто не плевал. Никто не пытался ударить или даже обматерить.

Но взгляды, теперь уже бывших, друзей были странными. Не такими как раньше, другими. Причем явно не в лучшем смысле этого слова.

— Парни, вы чего вытворяете? С каких это пор всяким тварям можно оскорблять наши семьи! — попытался ответить Пожарский.

— Он тебя не особо и оскорбил, если так, — сказал его друг, ведя бровью.

— Да, тебе лучше сохранять спокойствие, Петь, — поддакнул еще один парень.

— А то магию не позволят использовать. Ты же хочешь снять этот чертов запрет, — ухмыльнулся блондин из его компании, и в руке загорелось синее пламя.

Он как бы давал понять, что Петр больше не местный альфач. Конечно, он еще не изгой. Но временно является нулевым, а нулевые в дворянских кругах не особенно ценятся. Такова уж суровая жизнь.

Чем выше поднимаешься, тем больней падать. И Петр не пережил такого падения. Он медленно стал замыкаться в себе, утратил былой задор, чувство юмора.

Его бывшие подруги — стали просто подругами, лишив его постельных забав и используя как жилетку для своих глупых слез.

Парень терял позиции, с каждым днем все сильнее. Он молился богам вселенной и ждал, считая часы до окончания наказания.

Ему нужна была магия. Он должен был вновь стать собой, наказав проклятых тихушников, что устроили шабаш у него за спиной.

Время медленно шло. Наказание подходило к концу, но и натиск врагов все усиливался. Такое чувство, что Пожарский жил в улье пчел, который неустанно гудел, в любой момент желая броситься на него, нанеся сотни укусов.

Пришлось взять себя в руки. Крепко как никогда. И новая вечеринка с друзьями стала чудовищным испытанием для Петра. Последняя вечеринка в его жизни, если быть точным.

Он не мог проявить слабость и отказать. Потому пришел в странный коттедж, где во всю рубила мощная музыка, алкоголь лился полной рекой, а подвыпившие богатые дети творили всякое непотребство.

Петр сразу услышал множество тихих насмешек и оскорблений в свой адрес.