Массовка

Мы долго ждали в страхе и нерешительности, и жизнь наша превратилась в череду ночей, наполненных кошмарами, и беспокойных дней между ними…Статисты слушали Херувима, раскрыв рты. Артемий прекрасно понимал, что тот несет полнейшую ахинею. Но речь была наполнена такой убежденностью, такой силой, что хотелось без оглядки идти вслед за этим странным человеком и верить всему, что произнесут его уста, которыми, наверняка, вещают высшие силы…- И вот он перед нами. Тот, кого не останавливает ни совесть, ни страх наказания.

Хозяин, что милостиво ниспослал нам тяжелые испытания, ждет от нас правильного решения. Он не вмешивается в нашу жизнь, и нам кажется, он не требует от нас ничего – знай только, существуй, да еще – получай свои деньги. Но Достойные осознали: Хозяин ждет. Ждет, что мы совершим поступок. Что мы преодолеем страх, неуверенность – и сможем найти в себе силы справиться с тьмой. И сейчас мы должны сделать первый шаг…Херувим ткнул пальцем в Артемия. - Вы должны признать этого человека виновным во всех совершенных им злодеяниях…- Мы? – неуверенно спросил кто-то.- Да, да! – горячо произнес Херувим, и его маленькие кулаки сжались. – массовка должна все решать вместе, понимаете ли вы это? Мы – одно целое!- А как же Достойные? – поинтересовался сверху Седой.- Мы избраны, чтобы нести истину всем остальным, - невозмутимо сказал Херувим. – И мы ждем от вас правильного решения. Этот человек – убийца, посланник зла, уничтожающий нас изнутри. И он должен умереть…Статисты одобрительно зашумели. Похоже, их не требовалось долго убеждать.Сердце Артемия отчаянно колотилось. Это чувство затравленного зверя за мгновения до расправы. Пальцы охраняющих его Достойных крепче вцепилась плечи.Хотелось протестовать, убеждать, кричать. Но мысли путались, слова отказывались выстраиваться в членораздельные фразы. Паника охватила сознание, разметав в клочья здравомыслие и рассудительность.За спинами Достойных раздался слабый голос, что с трудом пробивался сквозь возбужденные выкрики: - Стойте! Немедленно прекратите! Это все неправильно! Так не должно быть!Херувим досадливо обернулся на голос. Внутрь круга, расталкивая полосатые фигуры, пробрался Старик. Артемию было не до сантиментов, но сейчас он, пожалуй, испытал  благодарность к этому человеку.- Что – «неправильно»? – поинтересовался Херувим, упершись в Старика холодным взглядом.