рассказы Гильдии

К тому же их ещё вылущивать из обуви и носков надо – а руки достаточно просто взять и чик. Нет, это явно что-то личное. Но даже и так – для устрашения пальцы идут от мизинца к указательному. Можно даже большой не трогать – для пущего унижения.

А вот потеря пальцев ног ещё не сделает человека калекой и инвалидом. Но при этом не побегаешь. А даже совершив побег, занесёшь в обрубки такой сепсис… что если побег затянется, сам выйдешь под пулю, лишь бы от гангрены избавиться.

Нет, Бокрис для такого изуверства откровенно туповат.

Он мерзавец, душегуб и отмороженный главарь – это да. Но для такого нужен ум более тонкий, изворотливый и… испорченный. Гевла под такое описание как раз подходит. Потому что она всегда появлялась первой. Хотела бы облегчить последующие страдания – не брала бы живыми.

А ведь в горячке боя на пойманных мог выскочить кто угодно и когда угодно. И вполне возможно, что под горячую пулю. А здесь всегда первой… по безопасной дорожке… Гевла со своей ампулой в салфеточке.

Никуда не торопясь и давая чуточку подумать. И только потом появлялся Бокрис с инструментом.

Не-ет, если кого и надо было терять на операции – так это её.

Но увы – время вышло и сейчас она будет вовсю импровизировать. А ты этого более видеть не можешь – таково условие. Оно само выбирает, с чьей стороны можно будет видеть наиболее обыденные обстоятельства провала. Его затёртые штампы и нудные шаблоны. И видеть их можно будет только до тех пор, пока они не произойдут или обстоятельства не поскачут непредсказуемым образом.

Поэтому-то ты целиком на стороне больших масс, чисел и сторон – у них обыденность проявляется легче. Так что ничего – возьмут её рано или поздно. Как она вновь устаканится и гадость запланирует, так и возьмут.

Фигляр

В приступе всегда так – пробивает всю серьёзность бытия. И тогда хоть на голове стой, хоть частушки матерные пой, хоть вставай на забор и иди по его вертикальному профилю, как по горизонтальному проспекту. Потом, правда, это не повторить, но сейчас это совсем несложно.

Есть чёткое ощущение, как это делать. И никаких причин этого не делать.

Правда, встречные прохожие оптимизма почему-то не разделяют: отскакивают, подныривают и вслед что-то недовольное говорят. Хотя, конечно, трудно быть на вдохновении на длинной производственной улице сплошь из заборов, ворот и мрачных администраций с проходными. И почему Хрипцов всегда назначает встречи в таких местах? Видно, для контрасту.