Партия. Брошенная ставка. Том I

Есть правило – ходить только толпой, все и сразу, и с охраной, приключенец и солдат.

– Так, может, мы сейчас пойдём? – спросила жена Мурнира, кузнеца, погладив свой округлившийся живот. – Камышу ж высохнуть ещё надо. К середине лета тяжко мне придётся, так далеко ходить.

– Простите, господин, но и нам бы сходить, чтобы потом… не отвлекаться, – всё таким же певчим, но похоронным голосом заговорила рыжая Тальмина.

– У вас выходной, а Тонька и Сонька зерно рубают.

– Мы продолжим. Вернёмся и продолжим. У меня спина болит спать на этих ветках, – младшую сестру аж всё передёрнуло.

Это, конечно, радостно, что рабыни не стали забиваться в шатёр и плакать о несчастной судьбе – но дел в лагере ещё уйма, а мужики все заняты. Но прогулка поможет им успокоиться.

Я разрешил идти сегодня, но с условием закончить к вечеру место для купания. Все женщины обрадовались прогулке по окрестным местам. Вместе с ними отправится Гарл, тащить одну из волокуш.

– Так мы ж недоговорили сегодня, господин, – писклявым, даже несколько визгливым голосом запричитала жена Филиса.

– Вечером подойдёте, – я переключил внимание на бойцов и мужиков поселенцев. – Каждый, кто участвовал в убийстве волков и медведя – получит по серебряному столицы. Не лапаха били, всё проще. По праву владельца здешних земель я могу забрать себе все добытые шкуры. Но я возьму только шкуру медведя и четыре самых целых шкур волков. Возражения?

Все понимающе закивали, даже слова не сказав.

– Куэл, как главный, отвечавший за сегодняшний успех – получает шкуру вожака и ещё две шкуры, чтобы на хороший плащ хватило. Возражения?

Все опять понимающе закивали, солдаты в том числе.

– Из оставшейся шкуры и шкур трёх волчат сделаем меховые подстилки для колыбелей. Станут местным оберегом. Ребёнок какой родится, тому в первый год подстилать будем. На много детишек хватит, если поверх неё ткани настелить.

И в этот раз никто из бойцов не возражал. Все понимали, что первый год для новорождённого ребёнка самый опасный. А поселенцы так и вовсе смотрели на меня с благодарностью. Потому что вот такая, казалось бы, простенькая забота – это такая же важная мелочь, как появившееся купальное место. Каждому приятно мыться, даже в реке, но женщинам для этого бегать далеко от лагеря. А так для всех есть место близь лагеря, где никто не увидит твою наготу.