Партия. Брошенная ставка. Том I

Их рабство – оно долговое, от предстоящего дела могли отказаться. Но им не оставило выбора предложение, сказанное вчера.

Моя железная ложка упала в ведро последней. Туда же я аккуратно слил остатки вина с зерном, соблюдая ритуал, и накрыв ведро миской. Развернул книгу, нашёл нужную главу. Солдаты и рабы крепко, напряжённо сжимали в руках копья, приключенцы нервно поглаживали ладонями пояса около рукоятей топоров.

В восьмой главе с названием «Моран» я нашёл седьмой стих. И зачитал практически самый конец.

«И чёрна мгла небо пожрала, и солнце скрылось, и ветер пропал. Мир затрещал, он гудел и выл, содрогаясь. Хлынули к ним твари да уроды, топча невинных и разрывая невиновных. Приблизились они к последнему оплоту, облепили чёрной сажей стены его, и полезли наверх. Не было им конца, не было от них спасенья.

Взмолился последний город в последней молитве, в последний раз прося о помощи.

И откликнулись небеса, треснув сотнями искр, лопнув тысячами стрел, сжигая тварей на стенах.

Кто ниже меня – тот беги от меня; кто глупее меня – тот прячься за мной; кто слабее меня – тот держись за меня; а кто ровня моя – тот встать подле меня. Раз ровня моя, так дыши как я, ступай как я, сражайся как я, умри же как я. И как я возьму победу сквозь смерть, так и ты возьми свою. Сквозь смерть.

– Сквозь смерть! – хором крикнули бойцы, хлопнув ладонями по животам. И молча пошли за мной сквозь молча расступившийся народ. Так же молча мы вышли из лагеря, и молча пошли вверх по течению реки Теельке. На запад.

Шли мы долго. Спустя минут десять после выхода – за нашими спинами послышались робкие удары топора, вскоре превратившиеся в задорный перестук. А треск падающего дерева и вовсе развеселил бойцов: не только они вынуждены отрабатывать свой найм спозаранку. Ещё через час пути деревья падали с завидной периодичностью, но их треск слышался едва.

Парень косичкой русых волос показал на заросли камыша у берега: – Их я помню. Отсюда идти минут сорок.

Куэл отправил двух приключенцев проверить, где можно забраться на холм, а оставшимся приказал накидать на берег горку дурно пахнущей речной глины, перемешанной с гнилой травой. Разведчики вернулись с довольными лыбами.