Партия. Брошенная ставка. Том I

Земля уж очень живая.

Я отказал, сославшись, что в тех местах будут боевые поселения. Этих слов хватило, чтобы Дарко изменился в лице и честно сообщил, что вариант с заливным лугом ему нравится больше.

– Господин, а землю же срывать будете? – спросил парень.

– Зачем? И какую?

– Которая у птицы. Они её загадили, хорошо пойдёт, где посевы делать будем. Мои батьки так всегда делали.

Рядом с нами оказалась Тонька, глазами тигрицы зыркнув на парня:

– Вы, господин, простите этого дурня. У вас и так много работы всякой, а ещё землю копать.

– Нет, это интересно, – я жестом показал Дарко развить мысль.

– Дак на половину локтя землю снять и унести, где поле будет. Или просто куда отложить. А на птичник свежую засыпать. Мы ж в курятнике у себя землю на зиму засыпали, её куры гадили, мы каждых две недели её меняли, а на осень бросали. Хорошо всё росло на ней, господин.

Я отпустил Дарко, поблагодарив за наводку. Совет вполне дельный. Земли местные скудны, если и взрастят, то лишь какие корнеплоды. Небольшая подкормка лишней не будет.

Да, можно местный лес поджечь, чтобы на удобренной золой земле получить хороший урожай – но это продлится недолго. А потом, что? Чем городу торговать, особенно, если пожар флиску спугнёт?

Тяжёлая задача – город строить. Даже такая незначительная мелочь, как загаженная земля, может помочь существованию города. Чего уж о прочем говорить?

Ставка четвёртая. Часть 1

Я уже долгие десять минут спросил с Разгаром. Это был не столько спор, но выяснение, где лучше ставить частокол.

Верхушку холма-то мы сравняли лишь на четверть, оставшаяся часть крутым склоном спускалась к зданиям острога. Вот и спорили, где лучше всего поставить частокол – за два или четыре метра перед спуском. Разгар пытался уговорить меня, что двух метров будет достаточно, но лошади с повозкой сложно развернуться в таком узком промежутке.

Отчаянный звон в колокол раздался, когда у меня зачесались ладони от нервов.

– Корабли по Шоске, – кричал солдат из башни. – На носу главной лодки флаг его императорского величества.

– Рановато, но, может быть, оно и к лучшему? – проговорил я задумчиво, посмотрев в сторону полого склона, где за последние недели Гангис очистил от пней просеку до лагеря. Теперь ничего не мешает лодочникам носить припасы на холм. – Пойдём встречать лодочников. Надо ещё себя в порядок привести.

В последние недели не занятые на дежурствах солдаты носили рабочую одежду. Да и я сам сейчас в таких же штанах и рубахе, и с двухнедельной бородой.