Партия. Брошенная ставка. Том I

Часть 1

В одном из сундуков складского шатра лежали десятки стягов тёмно-зелёного и янтарного цветов. Стоит ли их вывешивать? Издали стяги в лагере сложно разобрать, но стяги на холме опознает каждый.

Предположим: на нас готовится нападение. Если стягов нет – то разбойники до самого конца будут в неведенье, на кого нападают. Возможно, проявят излишнюю осторожность и откажутся от атаки вообще, а может быть – наоборот, расслабятся, даря нам шанс лучше подготовиться. Если стяги есть, то нападать будут с утроенной силой, либо не будут вовсе, ибо стяг – это фактический атрибут той или иной страны.

В нашем случае – это Вархальская империя. И нападение на нас равносильно нападению на империю.

Есть ещё один момент. Простому люду даже как-то дышится легче на диких землях, если они чувствуют небольшой кусочек родины. И хоть теперь наша родина – наше поселение, но чувствовать защиту империи хочется всем.

Я достал из сундука четыре стяга. Лежащая в шатре бочка пустовала. Чёрный котёнок у склада игрался с пойманной мышью – придавит лапами, подгрызёт чуток и отойдёт в сторону, а как только мышь попробует сбежать, то кот молниеносно подскочит и чуть прикусит.

Рыжий комочек утром осторожно расхаживал около складов, а вот полосатая проказница, как изловила себе завтрак – так забралась в мой шатёр да свернулась калачиком на одном из сундуков с деньгами.

На холме все разумные поселения с нетерпением ожидали, когда я передам стяги Разгару.

– Два в сторону Трёх Холмов, два на запад, в сторону Теельке.

Стяги империи пусть висят ближе к империи – а мои ближе к северу. Пусть каждый пришлый знает, что за нами империя, а мы здесь по её воле.

В первом входном этаже башни лежали направляющие. Вскоре солдаты аккуратно свесились с окон и застучали обухами топоров. Вешали стяги на перекладинах, прибитых к стене по разные стороны от окон. С внутренней стороны башня восемь метров, но со стороны устья Теельке она все десять метров. Правда, из-за деревьев на террасе холма башню не видно – но это скоро исправится.

– Красиво, господин, – сказал Шарс, прикручивая усы и любуясь бревенчатой башней.

– Главное – это полезно, – ответил я кожевнику. – Сколько уже прошло с Белой звезды?

– Больше двадцати ночей.

– Двадцать три, я считал, – протараторил стоявший рядом Неял.

– Плюс сам праздник, два дня перед ним, и ещё день Туян здесь был. Двадцать семь дней, до этого сколько. Шесть недель. Полтора месяца мы здесь, – я вышел вперёд, приковывая к себе внимание поселенцев.