Полянский. Детектив-медиум. Новое дело

Довольный собой, Тимофей повесил пиджак на вешалку. Эту тёмно-синюю тройку в почти невидимую серую полоску надел впервые, смотрелся солидно. Устал немного, ослабил узел галстука и потёр тщательно выбритое лицо. Заложив руки в карманы, следил, как подруга изучает территорию.

«Она похожа на полевой цветок, его треплет ветер и глушат сорняки, а он цветёт ярким пятном в высокой траве!»

Ника в длинном сером платье прошлась по гулкому помещению, каблучки эхом стучали по плитке. Измерила тремя шагами кухню, проводя узкой рукой по гладкой столешнице.

– Зачем мы сюда приехали, котик? Чья это квартира?

– Твоя, – улыбнулся он.

– Что?

– Это мой подарок для тебя, Ника, – перехватило горло, Тимофей неожиданно почувствовал, что волнуется. – Чтобы ты переехала от этой старой дуры, жила отдельно и своим умом.

Девушка остановилась у стола и скрестила руки на плоской груди. Прямая, полупрозрачная, ключицы торчат, острые локти в стороны. Сейчас она больше напоминала гвоздь, чем смятый стебелёк.

– Я не хочу, Тимоша, – зелёные глаза смотрели холодно.

– У тебя есть время, подумай, – он был разочарован и смущён.

– Ты думаешь, что мне нужна свобода от этой жизни? Считаешь себя спасителем и благодетелем?

– Ника, я...

– А ты понимаешь, что я уже не могу жить по-другому? И не хочу.

– Глупости! Ника! Подожди, я сейчас... Налей пока вина себе!

После Тимофей проигрывал мысленно этот момент снова и снова. Пытался понять, объяснить себе, что же сказал или сделал не так...

Меньше минуты. Он вытащил из кармана пиджака плотный файл с документами. А когда вошёл обратно в комнату, то выронил бумаги на пол.

Неживые, помутневшие и остановившиеся глаза девушки смотрели прямо, но, казалось, не видели его. Николь наливала вино. Бокал переполнился, напиток залил стол и стекал на плитку.

– Ника, – хрипло позвал он, плавно шагая к столу.

Она приподняла голову, прислушиваясь, словно слепая. Вылила всю бутылку. Потом медленно перехватила её за горлышко и с коротким сильным размахом грохнула об столешницу. А потом вскинула руку к шее...

– Ника!

Тимофей бросился вперёд, перехватывая тонкие запястья. Она лишь чуть царапнула подбородок, не успела причинить себе вреда. Но не выпускала «розочку» из крепко сжатых пальцев.