Полянский. Детектив-медиум. Новое дело

Пряная тайна, интриги, взгляды украдкой, муки жгучей ревности – всё, что нужно заскучавшим в браке дамам или неопытным юным барышням».

Искать общее между всеми жертвами. С этого стоит начинать. В любой самой безумной серии найдётся стройная, хоть и извращённая, но логика и связь. Он снова пересматривал распечатки, оставленные Крыловой.

«А если их отравили? Но почему тогда такой перерыв между жертвами? Целью преступления были дети или их матери – вот, что не ясно!».

Размеренное течение мыслей по камням фактов и гипотез прервал металлический грохот на кухне.

Что-то очень звонко упало и раскатилось по плитке пола. Тимофей поспешил на шум. Остановился в дверном проёме, глядя, как Ярослава, ворча, ползает под столом, собирая в более или менее ровную стопку кастрюли, сотейники и крышки к ним. Два нижних шкафа, хранившие посуду, распахнуты.

– Яся! Что у тебя тут? – осторожно осведомился он.

– А? – сердито откликнулась из-под стола домработница, подняла голову и ударилась о столешницу.

– Да чтоб тебя!

Потирая макушку, она поднялась на ноги и махнула, указывая:

– Вон, держатель с дверцы слетел, прикрутить надо. Неси отвёртку, мацепурик с дюшесом!

– Сейчас, поищу. Чего лаешься-то? – примирительно вздохнул Тимофей.

– Сегодняшний день со вчера не задался, – буркнула Белякова, составляя посуду на рабочем столе. – Тима, не упускай прекрасный шанс промолчать! Почини шкаф, Леонардо недовинченный, потом сядешь, поешь!

Совместными усилиями прикрепили рейки обратно на дверцу шкафа.

После обретения кухонного равновесия Ярослава принялась за сервировку.

– Чем попотчуешь? – уселся за узким столом Тимофей.

– В тюрьме сейчас ужин – макароны дают, – хмыкнула она.

Над глубокой белоснежной тарелкой поднимался парок. Кругленькие желтоватые ракушки поблёскивали сливочным маслом. Белякова занесла над макаронами сотейник с горячей подливой, вознамерилась налить большой ложкой странного вида соус с комочками.

– А это что? – он с подозрением принюхался.

– Горбуша в сливках, – невозмутимо отмерила щедрую порцию Ярослава. – Считай, всё равно как паста с лососем в лучших домах Филадельфии!

Тимофей с удовольствием поужинал, затем прикончил добавку, и Белякова убрала тарелки. Переложила готовую еду из кастрюль в контейнеры и убрала в холодильник. Оглянулась с осуждением:

– Надумаешь и дальше объедаться, валяй, только не у меня на глазах.

– Яся, ты меня всего на год старше.