Полянский. Детектив-медиум. Новое дело

Николь ловко зафиксировала пластиковый флакон физраствора, приспособив для импровизированной капельницы высокую напольную вешалку. Игла в вене приклеена полосками лейкопластыря крест накрест. Других средств и лекарств Шубин не заметил сначала, но потом обратил внимание на смятые бумажки под тумбочкой и несколько пустых склянок на подоконнике. Ни этикеток, ни маркировки. И вот уже минут десять Иван Александрович, сдерживая тревогу и гнев, пытался вытряхнуть из девицы признание, чем она накачала его друга.

– Дура! Он в коме! Ты понимаешь? У него сердце остановится! – он оглянулся на неё, сжимая кулаки. – Его надо везти в реанимацию!

– Успокойся, – мелодичный перезвон стеклянных колокольчиков. – Идём, я сделаю чай и всё объясню.

– Ты не поняла меня, он же...

– Идём, – мягко повторила девушка, перебирая бахрому на топе, её пальцы постоянно в движении.

Сколько она уже не спала? Челюсть подрагивает, морщинки у век резкие, щёки запавшие. И вся она будто высушенная, измождённая. В буквальном смысле слова «на лицо» употребление чего-то очень бодрящего.

Но большие зелёные глаза смотрели ласково и безмятежно. Женщина не повышала голоса, только шагнула к нему и прикоснулась к плечу, направляя к двери. И Шубин подумал, что вот так она наверняка не раз успокаивала разбушевавшихся клиентов. Но, судя по всему, не всегда удачно: на руках, плечах и открытой спине над топом видны старые швы, похоже, что кто-то порезал её очень сильно и давно. Страшно подумать, с кем приходится иметь дело девушкам древнейшей профессии.

Выдохнув и совладав с собой, Шубин прошёл на просторную кухню. Справа – белый итальянский гарнитур со встроенной техникой. Слева – только узкая столешница из искусственного камня поперёк комнаты, перпендикулярно к стене, и три стула. «Стол для завтраков» – отличный вариант для того, кто ест в одиночестве и требует много свободного пространства для движения.

Иван Александрович тяжело опустился на стул, положил телефон на столешницу.

«Она неплохо ориентируется тут. Видать, давно освоилась. Интересно, во сколько обходится Тиме её нежное внимание? И откуда бы взяться сильной половой конституции при таком астеническом сложении? Наверняка не без употребления стимулирующих препаратов», – хмуро наблюдал за ней психиатр.

– Он был заражён, доктор, но он сильный, справится. То, что я привезла ему, поможет и поддержит.