Сети лжи. Часть 1

– Чем этот капризный эгоист так расстроил мою супругу?

– Ника не капризный и не эгоист! – выдохнула Аня и даже приподнялась.

– Ну разумеется. Он очень поддерживает тебя в твоих переживаниях. Всегда понимает. Он, конечно, первый, к кому ты бежишь, почувствовав неуверенность или слабость. Всегда встаёт на твою сторону, прислушивается к твоему мнению и из кожи вон лезет, чтобы сделать тебе приятно. Особенно в обход своим удобствам и убеждениям, – припечатал драконий властелин, отбрасывая верхнюю часть своего убранства на оттоманку.

Аня воинственно упёрла кулаки в бока и села по-турецки, сверля его взглядом.

– Твой любовник – эгоист, причём наихудшего пошиба: эгоист лицемерный. Такой, что в жизни этого не признает.

– Потому что это неправда! – гаркнула принцесса Авелилона, швырнув чёрную ночную сорочку из-под подушки прямо собеседнику в лицо. – Ника самый отзывчивый и благородный человек из всех, кого я встречала!

– Раскрой шире эти ясные очи, во имя Вседающего Света! – хохотнул Генрих.

– Я ведь сужу о нём по твоим рассказам. – Он обошёл постель и лёг на свою половину. – Твой дружок мнит собственные убеждения исконно и единственно верными. У него есть возвышенные суждения по абсолютно любому вопросу. И не дай Свет Вседающий, чтобы кто перечил! Если что-то расходится с его представлениями, он считает себя вправе оскорбиться и требовать немедленного исправления. И зачастую полагает ниже собственного достоинства участвовать в этих исправлениях. Или я что-то упустил? Твой Ника вовсе не такой почитатель своего эго?

«Да они с Суффиксом сговорились, что ли?!» – мысленно простонала Аня.

– Это заявляет существо, похитившее себе живую женщину в качестве бронежилета? –вслух парировала она. – Обвиняет кого-то в эгоизме?

Генрих рассмеялся.

– Я обвиняю его исключительно в елейном лицемерии, дорогая. Бронежилета, надо же. Это грубо. Я буду называть тебя Кольчужкой.

– Генри!

– Оправь свои прелестные кружева, милая: не доводи «существо» до греха.

– Спокойной ночи, – просвистела Аня, свирепо заворачиваясь в покрывало.

– Сладких грёз, дорогая Кольчужка.

VI (2)

Пальцы лихорадочно блуждают по мускулистому гладкому телу, то и дело проваливаясь в борозды, глубокие и засасывающие, наполняющие ледяным жаром. Зернистая тьма проникает всюду, наводняет изнутри, растягивает кожу. Взрывает действительность похотливым дурманящим удовольствием.

Волнующий сон покрывает кожу острыми мурашками, а тело – испариной.