Сети лжи. Часть 1

Аня стояла на краю опушки, под сводами очень высокого леса в кольце ощерившихся к чаще вздымающихся громадин. Она не сразу поняла, что поляну окружили плотной стеной гигантские драконы. Глыбы каменной плоти с девятиэтажное здание ходили ходуном, непрестанно лихорадочно тряслись. Они боялись этого леса и того, что в нём прячется, этого кошмарного леса, кроны которого качались над головами исполинских тварей.

От их теней на поляне было темно, по периметру полыхали костры.

Здесь сновали люди – солдаты, при виде Ани ахавшие и терявшиеся.

Мученические крики рвали барабанные перепонки.

– Где принц? – осведомилась Аня у оторопевшего латника в броне из драконьего панциря.

– Ми-миледи… т-там, – он указал рукой мимо шатра по направлению к центру.

Будущая императрица мужественно пошла навстречу воплям.

Она была защищена сарафаном в горошек, хотя Священный камень и хранился теперь в Воротах Времени. Новая Тутэлла готова открыть коридор по требованию.

Над чугунным котлом с кипящим маслом был подвешен голый толстяк, его ноги до середины бёдер варились в булькающей массе. Три вещи одновременно полоснули незваную гостью, будто плетьми: искажённое лицо пытаемого, цветок саприонии из её венка, брошенного в столовой в первый день пребывания в мире драконов, засунутый в кровоточащую пустую глазницу несчастного, и ледяное спокойствие принца Генриха.

Он стоял поодаль и наблюдал за экзекуцией. В этом лесном лагере, где каждое живое существо – включая исполинских драконов – дрожало от страха при всяком вдохе, принц крови оставался невозмутим. В изумрудах его глаз блестела сталь. И тень жалости не омрачала суровые черты.

А потом Генрих заметил Аню.

И даже, казалось, принял за мираж. Но Аня была самая настоящая, она оторопело замерла и зажала руками рот.

– Как ты сюда попала?! – стремительно преодолевая разделяющее их расстояние, воскликнул властелин громко, но слова почти заглушил непрекращающийся скулёж истязаемого.

– Ворота от-т-ткрылись, – проблеяла Аня.

– Бросьте его в яму, – велел Генрих стражникам и, грубо схватив супругу за локоть, поволок в шатёр. – Почему ты здесь?!

Они стояли в слабо освещённом лампадками пространстве. Аня, у которой подкашивались ноги, присела на деревянный стол.