Доктор Уэйн

— Мурр, — кошка, прыгнув на колени хозяйки, обвела взглядом домочадцев, — к сожалению, никаких инструкций к этому прибору или чего-то похожего, я не обнаружила, мурр, — подтвердила она слова хозяйки.

— Ясно, — вздохнула Затанна и подошла к высокому окну. На улице — январь. Все пространство вокруг поместья было окружено снегом. Но он не радовал ее. Нет. Он навевал грусть. Тоску. И… что странно, желание действовать, — что же. Я не хотела этого, но иного выбора мне не оставили, — сказав это, Затанна направилась в сторону тайного прохода, который вел к допросной.

— Что ты будешь делать? — спросил Брюс, обеспокоенно оглянувшись в ее сторону.

— То, что не получилось у тебя, — даже не удостоив его взгляда, сказала Занни и открыла потайной ход. Брюс хотел было встать и пойти за ней, но был остановлен мягким касанием руки Селины, которая как-то оказалась рядом с ним.

— Спокойно. Я за ней присмотрю, — сказав это, Селина улыбнулась ему, поцеловала в щеку и пошла за Затанной.

— В любом случае, хозяин Брюс, нам всем лучше остаться здесь, — сказал Альфред, когда проход закрылся, и встал с дивана, на котором сидел вместе с Диком, — я заварю чай, — Альфред вздохнул и вышел из комнаты, оставив Брюса и Дика наедине.

— Не волнуйся, Брюс. Мы его вернем, — попытался подбодрить его Дик, но Брюс был безутешен. Увы, но с того момента, как напуганная Селина сообщила им о том, что случилось, у них не было ничего кроме предположений о том, что произошло. Благо, Селина помнила, как выглядел этот аппарат и даже несколько символов, нацарапанных на нем.

— Я очень на это надеюсь, Ричард, — вздохнул Брюс и, встав со своего места, пошел к Альфреду на кухню, прихватив с собой Дика и стараясь не думать о том, чем прямо сейчас занимается Затанна.

<center>***</center>

В допросной под поместьем Уэйнов, сидел мужчина среднего возраста. Он был связан по рукам и ногам, что, однако, не мешало ему с презрением оглядывать то помещение, где его держал неизвестный похититель. Увы, но дознаватель, который с ним работал, явно был профи и ни словом, ни делом не дал понять, кто он и на кого работает.