Доктор Уэйн

Может быть из-за двух дипломов, экономиста и психолога, полученных в 19 и в 22 года? Или из-за того, что на равных говорю с людьми вдвое, втрое старше себя и все они даже и думать не смеют как-то протестовать? Или из-за того, что детство кончилось в двенадцать, заставив резко повзрослеть? Кто знает...

Во всяком случае, смеялся и улыбался я не так часто, как мне бы хотелось. Впрочем, возвращение брата после его четырехлетних странствий это неплохой повод улыбнуться. Как-никак единственная родня, что у меня осталась.

Мне пришлось смириться с тем, что Брюс выбрал для себя путь линчевателя, но я поставил перед ним условие. Перед тем как тот начнет заниматься своей подготовкой, он должен будет хотя бы формально получить высшее образование. Учитывая влияние семьи, наши финансы, а так же таланты, которыми обладал брат, нам удалось за два года организовать защиту диплома юриста. Подчеркну, диплом он получал сам. Влияние и деньги нужны были, чтобы организовать саму защиту. Так что в шестнадцать лет Брюс покинул родовой особняк, чтобы путешествуя по миру, приобрести необходимые ему знания.

В кабинете хранились десятки записок со всего света, где и чему учился брат. Курсы в Оксфорде, боевые искусства в Индии и Китае, основы детективного дела в Германии... и многое, многое другое. Бывало так же, что он специально попадал в тюрьму, чтобы изнутри узнать о преступниках, чем доводил меня до белого каления.

Нельзя сказать, что он был один в этом путешествии. Я старался незримо страховать его, приставляя к нему людей из СБ Уэйн Энтерпрайзес, от которых он очень часто уходил, пропадая с радаров на два, три месяца.

В конце концов он пропал на пол-года где-то в Китае, но мы получили краткую записку о том, чтобы не вмешивались. И вот неделю назад мы получили сообщение о том, что брат решил вернуться домой и начать свою карьеру линчевателя.

Пока я размышлял о брате, ноги сами привели меня в мою комнату, где стояла инвалидная коляска, к которой, за столько лет, я успел уже привыкнуть. Чудо инженерной мысли, что сейчас помогало мне ходить можно было бы назвать прорывом, если бы не запредельная дороговизна для основного сегмента покупателей. Экзоскелет стоил десять миллионов долларов и по праву считался уникальным образцом подобной техники.