Доктор Уэйн

Чарльз обосновался в районе Бовери, среди криминала и отбросов общества, подальше от мест, где бывал Бэтмен или те люди, которые могли бы его знать. Альфред своими глазами видел, на что способен старший из братьев Уэйн, но все равно волновался о его благополучии. В течении последних месяцев он старался убедить его вернуться в семью, но раз за разом тот отказывался, мотивируя это тем, что из тени лучше следить за тем, что происходит на свету. Все это время он негласно страховал брата, параллельно собирая информацию о криминалитете и держа руку на пульсе.

Контактируя только с Альфредом, он мог сохранять инкогнито и, одновременно, быть в курсе происходящего в городе. Впрочем, время от времени он выбирался к семейному поместью, где встречался с Альфредом и рыбачил на берегу озера, отдыхая от всего. Иногда Альфреду удавалось подловить его в моменты, когда Чарльз думал, что тот его не видит. В такие моменты лицо воспитанника отражало глубокую тоску. И Альфред понимал, почему.

Чарльз мог многое. Он убивал без сожалений, был незаметен, сражался с несколькими противниками одновременно, обладал воистину энциклопедическими знаниями о том, что должен знать и уметь первоклассный шпион. Но в отличии от гиперактивного Брюса он не хотел этим заниматься. Больше всего на свете, Чарльз Уэйн мечтал о спокойной и тихой жизни. О семье, доме, какой-никакой стабильности. Ситуация, в которой он оказался, угнетала старшего из братьев Уэйн и Альфред это видел.

Неожиданная мысль пришла к нему в тот момент, когда он должен был сворачивать с автострады и Альфреду пришлось резко перекладывать руль, из-за чего машину основательно тряхнуло.

— Альфред, ты замечтался, — не преминул подколоть его Брюс, вызвав кривую улыбку у дворецкого.

— Прошу прощения. Хочу заметить, что с уличным освещением надо что-то делать. Когда будете говорить с Фоксом, намекните ему, пожалуйста, — пробурчал Альфред.

— Обязательно, Альфред, — улыбнулся Брюс и вновь начал рассматривать ночной Готэм, не обращая внимание на лицо Альфреда, которое стало похожим на лицо Гринча, придумавшего первоклассную шалость. В конце концов кто сказал, что только братья Уэйны могут играть в шпионов? Старый Альфред тоже кое-что может.

<center>***</center>

Свет софитов отражается на цилиндре. Гром оваций сотрясает свод. Поклон артиста довершает дело.