Доктор Уэйн

Медленно, осторожно ступая на тропинку, Альфред подходит ко мне и пытается рассмотреть мое лицо. Я вздыхаю и подхожу ближе, попадая под свет фонарика.

— С возвращением домой, хозяин Чарльз, — довольно произносит Альфред и, подойдя ближе обнимает, хлопая по спине.

— Спасибо, старина, — говорю и обнимаю в ответ. Впрочем, мы очень быстро отстраняемся друг от друга и Альфред говорит, — не хочу казаться навязчивым, но предлагаю переждать дождь в доме, — говорит он, на что я киваю, чувствуя, что дождь начинает капать сильнее.

Уже внутри достроенной части поместья, мы усаживаемся на предусмотрительно оставленные здесь стулья, а я замечаю, что на плече Альфреда висит рюкзак.

— Я тут кое-что захватил с кухни. Надеюсь, что смогу вам угодить, — говорит он, а я с улыбкой наблюдаю, как он вытаскивает из рюкзака термос, хлеб в пакете, сыр и копченую колбасу, — в термосе кофе. В рюкзаке еще остались ваши любимые овсяные печенья с шоколадной крошкой. Так что, сегодня вы не будете голодать.

— Я и так не голодаю, Альфред, но от трапезы с тобой не откажусь, — довольно произношу, наблюдая за тем, как он раскладывает припасы на одной из досок, — спасибо, что позаботился о Рейчел.

— Когда мистер Дент позвонил, я понял, что у вас все благополучно. Скажу честно, давненько я так не волновался, — бурчит он, параллельно разрезая хлеб и делая бутерброд с колбасой. Закончив, он передал его мне.

— Спасибо. Между прочим, очень зря. Это не первый мой боевой выход, — говорю и откусываю большой кусок.

— Но я то об этом не знал. И вообще, я очень сильно сомневался в вашем плане, — говорит он и усаживаясь рядом, тоже откусывает от своего бутерброда, но только с сыром.

— Да ладно тебе. Брюс каждый день рискует и ничего, — говорю и тянусь к термосу.

— Кофе на десерт, — делает мне замечание Альфред и я недовольно сажусь на место, — к выходкам хозяина Брюса я привык. И довольно давно. То что творите вы, для меня в новинку, — бурчит он, а я не могу удержаться, чтобы не похлопать старого друга по плечу.

— Альфред, — вздыхаю, — я не хочу пока «оживать». Как бы мне не хотелось, для людей я должен оставаться мертвым, — говорю и принимаю из его рук новый бутерброд.

— Я знаю. Я знаю, что у вас есть веские причины для этого. Вся беда как раз-таки в этом, — говорит Альфред и достает из сумки пачку печений, — когда я получил посылку с инъектором и письмом, написанным шифром, который знали только я и вы, то был счастлив.