Ступеньки

Только вчера мы с Эдди говорили про неё!

Та самая школа на улице Мандаринов. Ныне заброшенная. Закрыта 36 лет назад. По причине несчастного случая. Погибла Августина Симболи, трагически случайно выпав из окна с пятого этажа. Из кабинета биологии.

Вот это номер! В архивной папке приводились планы-схемы этой школы, документы противопожарного и другого освидетельствования. По ним в процессе разбирательства смерти Августины выявились значительные нарушения в пожаробезопасности. Школу закрыли на ремонт, всех учеников распустили или перевели в другую школу.

У Августины была только мать. Она родила дочку от неизвестного мужчины в довольно позднем возрасте — в 42 года. Эта мать скончалась около пятнадцати лет назад от сердечной болезни.

В архиве есть фото этой девушки. Когда я взглянула на них — вздрогнула. Августина внешне очень похожа на меня.

Нет, не двойник. Но если бы мельком посмотреть на её и на мои фотографии, снятые в одном и том же ракурсе — нас можно легко спутать. Один и тот же типаж, я бы сказала.

У Августины волосы и причёска точь-в-точь как у меня — тёмно-русые, средней длины до плеч, и чёлку она носила густую, как у меня. Фигура тоже как у меня — худая, стройная. Единственное, что нас отличало — очки. Я не ношу очков. У Августины очки большие, в толстой немодной оправе. Они делали её вид жалким, комичным. Вот почему над ней издевались всякие придурки. Её глаза запуганные, зрачки расширены, лицо бледное, губы сжаты. Словно когда её фотографировали, она знала, что выпадет из окна. Бедняжка.

Потом я подумала — на кой чёрт я столько времени угрохала на эту девчонку из случайной могилы?! Но, с другой стороны, почему её дело у нас в архиве, почему на папке пурпурная окантовка? Пурпурный цвет означает особую секретность. Может быть, дело в школе — её закрыли по аномальным причинам?

Я решила отложить это дело. Вернулась из архива на первый этаж Базы, когда уже начинался вечер. Захотелось перекусить. Едва зашла в наш буфет в правом крыле, то столкнулась нос к носу с Рикардо Кэпчуком.

Он делал горячий сладкий чай. С серной кислотой, наверное. Когда мы поздоровались, он красноречиво намекнул:

— Мой рабочий день здесь на сегодня закончен. Через пару минут я еду в свой морг, — и посмотрел на меня.

Рикардо знал, что я умная. Что я пойму. Но тем не менее, я изобразила удивление:

— А как... так быстро?.. То есть можно же у нас, в кабинете Шестёрки, например, или...

— Не здесь, — отрезал Рикардо. — И уж точно не у вас в кабинете Шестёрки.