Лунное затмение. Убывающая Луна.

– Будем считать, что у нас с вами деловое свидание, на которое я по всем нормам приличия немного опоздала, – я сильнее Пирса усмехнулась, чем вызвала у него небольшое удивление на лице.

– А вы не так просты, мисс Пайнс, как мне могло показаться на первый взгляд. Теперь я понимаю почему мистер Райт взял вас на роль своего помощника.

– У него на это было достаточно причин.

– Не сомневаюсь, – Пирс улыбнулся и, встав со своего места, отодвинул свободное кресло напротив себя. – Прошу, присаживайтесь.

– Благодарю вас, мистер Пирс.

– Зовите меня Норман. Мистер Пирс звучит слишком официально.

– В таком случае зовите меня Стефани.

– У вас довольно необычное и красивое имя. Не часто встретишь его на американской земле.

– Бросьте. Стефани достаточно часто используемое имя девушек в США. Чего только Стефани Майер стоит.

– Вы интересуетесь литературой о вампирах и оборотнях? – Пирс с интересом стал следить за моей реакцией, но я оставалась непроницаемой.

– Не я, а моя младшая сестра. Она меня просветила обо всех этих любовных историях.

– А вам они не нравятся? – Пирс продолжал смотреть на меня так, будто что-то выжидая.

– Нет. Слишком все слащаво и радужно. В жизни такого не бывает.

– С чего вы так решили?

– Мы живем в реальном мире. А книги — это сказки, которые позволяют уйти людям от жестокой реальности. Я не люблю уходить от проблем или фантазировать о том, чего никогда не может случиться в жизни.

– Довольно жестокие рассуждения для молодой и привлекательной девушки.

– Мне скоро тридцать.

У меня нет времени на сказки и фантазии.

– Вам только двадцать шесть, насколько мне известно. Зачем вы приписываете себе лишние года?

– Мне так больше нравится и мне так комфортнее.

– Быть старше своих лет?

– Чувствовать себя более уверенно и значимее, а главное мудрее своего настоящего возраста.

– Я с вами не соглашусь. Возраст – это всего лишь цифры, не более. Не стоит ставить себе возрастных рамок.

Меня ударило током, а тело парализовало. Перед глазами вспыхнула яркая вспышка, а затем возникло четкое воспоминание.

Я сижу на лавке в саду. Вокруг непроглядно темно, а где—то вдалеке виднеется очертания огромного средневекового замка. Лишь свет луны освящает небольшую площадь в саду. Рядом со мной сидит темноволосый и статный мужчина. Его холодное и непроницаемое лицо вызывает страх, но и притягивает к себе одновременно. Тёмные глаза сверкают странным огнём в ночи, а острые черты лица придают мужчин ещё более значимый вид.