Хранители сна

Две сиамские кошки с негодованием отреагировали на захват власти в городе ренегатами и предательство большинства членов советов, со скорбью в сердце услышали о гибели преданных членов совета и жестокой расправой над ними. Что делать и как противостоять этой напасти? Отчаяние захлестнуло сердца храбрых хранительниц. Чудесным образом появившийся ночью на воротах дома систр Бастет и призыв к сопротивлению, отчаяние сменилось надеждой и ликованием, не все еще потеряно, сопротивление существует, осталось только наладить с ними связь.

Огромный серый мейн-кун и старый сибирский кот вступили в схватку с патрулем ренегатов, сиамские кошки не раздумывая ринулись им на помощь. И вот оно очередное чудо, желание вступить в сопротивление осуществилось, две сиамские кошки сидят на чердаке с лидерами сопротивления и домовыми, строят планы как помешать ренегатам. Серый мрачный музей и грозные мумии древних хранителей, темная пещера и преображение в амфибий, безумная вылазка к таинственной хрустальной пирамиде, полчища монстров Себека преследуют их.

Внезапно золотой круг остановился и медленно опустился на пол, ослепительный луч света погас, Боня и Герда потихоньку открыли глаза, пытаясь прийти в себя от этой круговерти.

В старой заброшке к стене покрытой плесенью стоял прикованный цепями пожилой мужчина. Два монстра с кошачьими головами вошли в комнату, увидя их мужчины замотал головой и попытался выплюнуть кляп, один из монстров когтистой лапой нанес ему оглушительную оплеуху, по рассеченным лицу потекли струйки алой крови.

— Сиди тихо, — сказал бакэнэко. — Недолго тебе осталось мучиться, скоро ты послужишь великой цели.

Узник смотрел на монстров глазами полными ужаса, оборотни с кошачьими головами сняли с него цепи и положив на грязный ветхий стол крепко привязали к нему. Достали из карманов плащей черные свечи и расставив вокруг стола зажгли их. В комнату вошел еще один бакэнэко в сопровождении большого рыжего сомалийского кота.

— У нас все готово, — сказал Маркиз заметив вошедших Барона и Охотника.

— Тогда приступим к ритуалу, — сказал Барон. — Без пяти двенадцать.

Блеснули огромные острые как бритва когти и безжалостно полоснули жертву по горлу, во все стороны брызнула кровь,

— Великая и безжалостная Сехмет! — воскликнул Барон, вскинув вверх окровавленные лапы. — Услышь нас верных твоих слуг и прими нашу очередную жертву. Великая богиня пусти свою четвертую стрелу возмездия.