Русалки. Хамелеон

Его не смущали ни вечная тьма, которую разгоняли многочисленные фонари, ни периодическое однообразие меню, ни сложности в перемещении на сушу или в другие города. Отчасти потому что магом он был сильным и открывать порталы из Марианского умел.

Активировав накопитель, Владимир Антарио перенесся сначала в один из родовых особняков, расположенный на побережье, а потом уже и в лагерь. После Марианского здесь было непривычно солнечно. Прикрыв глаза предусмотрительно захваченными солнечными очками, мужчина зашагал вверх по холму, не обращая внимания на резвящихся подростков, многие из которых здоровались с ним.

Изнывающий от нетерпения Андре, облаченный в костюм-тройку, при виде родственника подскочил с одного из диванчиков, стоявших в холле.

– Дедушка! – поприветствовал он его. После размолвки из-за принудительного портала они уже успели помириться, да и прадеда танцор любил.

– Здравствуй, – Глава рода как и положено был серьезен и сдержан. Хотя взъерошить черные чуть волнистые волосы правнука ему этикет не помешал. Как и его мать Андре от природы был безумно кудряв, пусть и скрывал это. С одной стороны прадед прекрасно понимал его в этом вопросе, с другой – кудряшки маленького правнука, как и внучки, ему нравились до безумия. – Ты, кажется, ещё подрос?

– Немного, если судить по брюкам, – подтвердил юноша, щелчком приводя шевелюру в порядок.

– Бывает. Идем, – глава рода уверенно направился к лестнице в подвал. И уже на ходу продолжил необременительный разговор: – Такими темпами ты скоро деда перерастешь.

– Девушкам нравится.

– Ну ещё бы, – Владимир Антарио и сам когда-то был весьма популярным у девушек. Добиваться ему пришлось только будущей жены.

Тритоны у входа в зал Совета коротко поклонились высокому начальству. Градоправитель мельком отметил, из какого именно они Отряда, но останавливаться и начинать разговор не стал: времени до начала оставалось уже не то что бы много.

Толкнув створку, мужчина окинул взглядом непривычно заполненное помещение. Лишь мельком отметив перестановки мебели, он устремился к Вериссе. Знакомы они были, хотя и не слишком близко. На ходу отметил почему-то очень бледную Илину, как в далеком детстве замершую рядом с Леной. И какой-то девочкой-школьницей.