"Слуга Смерти"

Я ни разу не слышал о его участии в каких-то предосудительных выходках, в игре или же чем-нибудь подобном.

Я с благодарностью кивнул Кречмеру, тот в ответ покачал головой и закатил глаза, но что он хотел этим сказать, выяснять не было возможности.

— Тогда дело запутывается, не так ли? Ни у одного человека в городе нет причины убивать вас, но в то же время вы утверждаете, что едва не стали жертвой. Не вполне понимаю вашу логику.

— Я полагаю, связь есть. За последние два дня у меня было два дела. К первому я был привлечен как штатный тоттмейстер, вторым занимался господин Майер, но вы должны его помнить, вы вчера отправили меня на осмотр.

Фон Хаккль нахмурился.

— Марта Блюмме, — сказал Кречмер, — позавчерашняя, я докладывал лично. Ножевые ранения и разбита голова. Второй неизвестен, видимо бродяга, найден вчера, картина… мм-мм… сходная.

— Картина одна и та же, — сказал я, — разве что мужчина был убит более ловко. Я полагаю, это дело рук одного и того же человека.

— Да-да, я читал рапорты господина Кречмера и господина Майера. Некоторое сходство и в самом деле есть, но связь мы еще не установили. Значит, вы полагаете, что убить вас пытается тот же самый человек? Или вы имеете в виду нечто другое?

— Может, и тот же. Может, я ошибаюсь. Связь не очевидна, но она есть. Я присутствовал на обоих местах преступления. Дважды. Пусть даже во второй раз не занимался своей привычной работой, но тем не менее. Убийца мог видеть это.

— Наблюдать за местом преступления?

— Да, я говорю именно об этом.

— Вздор! — вспылил фон Хаккль, глаза его, против обыкновения, сузились. — Ни один из моих жандармов не может быть к этому причастен!

— Это всего лишь пример.

— Пример некомпетентности и любви к выстраиванию досужих фантазий, господин обер-тоттмейстер Корф.

Кажется, я действительно зря упомянул про жандармов. «Честь мундира» определенно не была для господина полицай-гауптмана пустым словом. Кречмер, словно потеряв интерес к беседе, стоял у окна и смотрел куда-то вдаль. Я вполне мог его понять — ввязываться в перепалку с собственным начальством не всегда уместно. А еще крайне недальновидно защищать тоттмейстера. Умные люди не совершают предосудительных поступков.