Год Собаки II. Страх Темноты. День 4-5

— Давай вернемся…

— Нет… — прошептал он. — Мы почти дошли. Просто закружилась голова.

Илья помолчал, а потом сказал:

— Помнишь, мелкими ходили на пляж? Я устал и не смог идти. А ты нес меня домой на руках…

— Помню.

Абуминог вздохнул, открыл глаза и выпрямился:

— Отпустило, кажется.

Потом снова посмотрел на фотографию.

— Все-таки, он очень жестокий…

Я покачал головой:

— Мы не знаем, было ли это на самом деле. А если да, то как именно… Мы на нижних этажах сна.

— Было… — неожиданно сказал Илья.

Я всмотрелся в абуминога, он выглядел и говорил странно:

— А ты откуда знаешь?

И он указал пальцем на одного из распятых:

— Не узнаешь? Это же я…

Фигура подняла голову и посмотрела на нас, беззвучно плача, с той стороны фотографии:

— Снимите меня.

И внезапно я увидел, что это Илья.

На соседнем столбе женщина повернула к нам лицо, которое отражало запредельное страдание.

— Помогите… Спасите хотя бы детей.

Я закрыл газету.

Теперь с первой полосы пронзительным взглядом инквизитора на нас смотрел человек с развевающимися в порывистом ветре волосами.

Он шевельнул губами:

— Бегите… Прячьтесь… Мы идем за вами.

#

День 4. Сцена 17-18.

17.

Абуминог за рубашку оттащил меня в прихожую, подальше от газеты с Клервоским.

И я был рад этому.

Меня подмывало ответить, но ввязываться во сне в дискуссию с эмиссаром хаоса было совсем некстати. Да и бессмысленно.

Двери гардеробных оказались открыты, и мы прошли в студию «Крылья 505 «А».

Но студии не было…

Вместо нее оказался заставленный старыми вещами склад, напоминающий костюмерную театра или бутафорскую.

— Ну и дела… — прошептал абуминог.

Он посмотрел сквозь стекла студии во тьму на желтые квадраты окон:

— Кажется, просто ночной город.

Я ткнул Илью локтем:

— Не хочешь прогуляться?

— Ха-ха… — саркастично отозвался абуминог.

Наши глаза привыкали к сумраку.

Постепенно света стало достаточно, чтобы осмотреться среди нагромождения предметов, и мы поняли, что это не склад, а, скорее, мастерская художника.

Смутно виднелись стремянки, приставленные к стене, на которой углем прочерчены контуры распахнутых крыльев.

Правое крыло было прорисовано почти полностью, а левое лишь намечено.

Я включил свет, но плафоны на потолке не работали.

— Нашел… — проговорил Илья.

Было слышно, как он возится в углу, щелкая выключателями. Зажглись переносные светильники со старинными лампами.