Год Собаки II. Страх Темноты. День 4-5

Кто-то постучал ногтем по стеклу:

— Слушаю вас, мой юный мужской человек…

Я увидел на витринном стекле короткие руки с волосатыми пальцами-сосисками.

Поднял взгляд.

Невысокий и плотный, округлый, черноволосый, подвижный продавец в сером халате.

Очки с толстыми стеклами, похожими на линзы. Глаза в них то становились крошечными, то громадными, как золотые рыбки в круглом аквариуме.

— Колобок… — подумал я.

Он с вопросом смотрел на меня, и я положил на витрину бумажку с кодами деталей.

Едва глянув, воскликнул:

— Как можно убить неубиваемое? То, что делает Зен, служит вечно.

Я пожал плечами:

— Оно улетело…

Колобок поискал марку усилителя в пухлом справочнике. Почесал бровь дужкой очков.

— Квантовые модули… Хм… Запчасти уже не найти, слишком древний агрегат. Но лампы еще используются в эфирных трансмиттерах Зен.

Он вернул очки на нос:

— Можно сказать, что вам повезло.

— Вот и отлично! — произнес я. — Дайте десять штук.

Колобок поднял указательный палец:

— Но есть нюанс…

Мне эта фраза сразу не понравилась, она означала неприятности.

Я положил две золотые монеты на стекло.

— Лампа стоит одну десятую… Плачу двойную цену.

Его очки опять переключились, и зрачки из крошечных стали громадными.

— Где вы нашли такую?

Колобок воззрился на меня поверх очков.

— В прайсе… — ответил я.

— Ха! — воскликнул он. — Идите, молодой человек, отдыхайте. А мне не мешайте работать.

Разумеется, я никуда не пошел.

Помедлив, спросил:

— И… сколько?

Он назвал какую-то безумную, совершенно немыслимую сумму.

— Сколько?! — крикнул я.

И обернулся.

Ма с Ильей услышали мой вопль и с удивлением наблюдали за нами через прозрачную дверь. Я не мог поверить своим ушам.

Продавец повторил число.

— Три-три-один… — раздельно сказал он. — Триста тридцать одна монета.

— За этот хлам?! — изумился я. — Вы шутите!

Я вдруг понял, что он серьезно… А мне таких денег неоткуда взять, не найти в одну секунду, и не заработать.

И я растерялся.

Колобок бросил взгляд поверх очков.

— Они не выпускаются, — сказал он другим голосом.

— У меня нет таких денег… — обреченно произнес я.

Повернулся и пошел к выходу.

— И куда это вы? — колобок выкатился из-за прилавка, под взглядами моих друзей поймал за локоть и вернул обратно.

Доверительно перешел на «ты»:

— Ты Летчик, и значит, летаешь… — он посмотрел на меня сквозь стекла. — А у нас приболел курьер.