Русалки. Время перемен

А перед глазами мелькали недавние события – это моя память решила наконец проснуться: светлый коридор и голос, вещающий об охранной магии; лысый бородач в сером балахоне; сломанная труба и поврежденный плавник; путешествие в сознание Андре; объятия тритона, его поцелуи; лечение вывиха; однообразные коридоры; зал, заполненный храмовиками; несвоевременное исчезновение танцора; растерянная девушка с расческой в руке; деревянная кафедра, ручка на бархатной подушке; летящее в меня серое облачко; стопка листов дорогой бумаги, на одном из которых витиеватыми буквами написан заголовок: «Договор о помолвке» и моя мысленная стена, дающая трещину.

Анастасия

Анастасия Лайон, облокотившись на перила, смотрела на быстро несущую свои воды реку. Сейчас, в половодье та была особенно широка. Светало. Благодаря времени суток странный наряд женщины ни у кого не вызывал вопросов. Какое дело редким прохожим до чужих тараканов?

Авторитета супруги градоправителя Марианского хватило, чтобы один из настоятелей Храма согласился на встречу.

«На набережной Энска на рассвете», – именно так было написано в ответном послании.

Илина рвалась пойти с ней, но женщина дочь отговорила: директрисе следовало дождаться Лияну. Впрочем, зная провидицу, Анастасия не без основания полагала, что к моменту её возвращения та ещё не объявиться. Но говорить этого дочери не стала – поговорить с Григорием Наррейнер она хотела с глазу на глаз.

Настоятель появился, когда небо с восточной стороны побелело. Одежда пятой по значимости (сразу за главными настоятелями) личности Храма Астерианской Империи ничем не отличалась от принятой в этом столетии у людей.

Возникнув из портала без начертания, мужчина уверенно направился к Анастасии. Кивнув в знак приветствия, первым начал беседу:

– Ваше предложение было крайне неожиданно.

– У меня были для него веские основания, – в том же тоне ответила женщина.

– Я Вас слушаю.

– Речь о Вашей внучке. – Левая бровь настоятеля удивленно приподнялась. – Вчера они с моим правнуком забрели в полуреальности, – Григорий Наррейнер явно напрягся, – и вышли в одном из филиалов Храма.

– Новость настоятеля явно не обрадовала. – Андре я перенесла принудительным порталом, но он волновался за спутницу. А поскольку, её наставница – моя дочь, я сочла возможным связаться с вами.

– Я благодарен вам за это, – вежливо ответил Светин дед. – И приму необходимые меры.

Не сказав более ни слова, храмовик исчез в портале, оставив русалку в одиночестве.