Русалки. Время перемен

Да и не сожрут же меня, если я не в ту комнату зайду!

Андре повезло на третьей двери. К этому времени, я чувствовала себя опустошенной и что-либо говорить уже не могла.

– Нашел! – радостно воскликнул парень и устремился к спящей мне. Или правильней сказать моему телу?

Разглядев себя, не сдержала невольного восклицания. Я была вся бледная, из-под закрытых век прорывался жуткий зеленый свет, он же исходил от сережки в правом ухе.

На секунду тритон замер, а потом так быстро преодолел оставшееся расстояние, что я, даже будучи в его сознании, не заметила движения.

Ещё прежде чем окончательно проснуться, я начала отвечать на этот поцелуй. И Андре тут же отстранился:

– Как ты? – в голосе прозвучала забота.

Открыв глаза, поразилась странной цветовой гамме: на мир словно пролили сильно разведенную голубую краску, так что все, включая тритона сменило оттенки на более холодные. Особенно колоритно выглядел мой приятель: иссиня-черные волосы, рубашка им под цвет, синющие глаза на бледно-голубом лице.

– Какой ты голубенький!

– Сама ты, – оскорбился парень. И передразнил: – Зелененькая, прям зомбяк! Знаешь такого салатового цвета. И глаза светятся к тому же!

– Серьезно? – в панике вскинула ладони к лицу. «Зелененькими» они по счастью не были. А вот голубовато-бледными, пожалуй. Но не зелеными.

– Нет, – он улыбнулся и я слегка подвисла. – Но глаза и правда светятся. Как у заправской мерфитки.

– Голова гудит, – прислушавшись к себе, сообщила я. – И со зрением что-то не то. Все голубое, как было, когда я глазами тёти Лены на поле смотрела. Только там синее было.

– Это Храм, у них оттенок поля другой, – пояснил Андре. – А ты скорее всего сейчас как раз магическое зрение задействуешь. А раз видишь только дымку, значит не полностью, а частично. – Что бы это не было, мне это не нравится! – Только каким образом при блокнутой-то магии?

– На мерфитскую блоков не бывает.

– Может. Но если, ты задействуешь мерфитскую магию, то в любой момент можешь стать мерфиткой?

От такой перспективы я вздрогнула. Асавен что-то об этом говорил, но я уже не помнила, что именно.

– Не знаю. Надеюсь, нет.

– Может позвать кого-нибудь из храмовиков? – в голосе звучало искреннее беспокойство. – Они должны знать, что в таком случае делать.

Горько усмехнулась:

– Ага, добить, чтоб не мучилась.