Чёрный инспектор. Крыса в бегах.

– Сейчас я могу продолжить поиски преступников лишь одним способом – объявив о подозрении в измене и запросив бесконтрольное расследование, – Нуари скрестил руки на груди, напряжённо глядя на вазочку с лимонными пирожными. – Если не смогу назвать имён и подтвердить подозрение – лишусь должности. Отступлюсь – потеряю честь и свободу действий до конца дней. Не говоря уже о том, что все мы будем в опасности.

– Тяжёлый выбор, – согласилась Фария, с уважением и тревогой глядя на Нуари. Она и не предполагала, что мнимый побег племянницы и блажь племянника, которую она поддержала назло брату, могли иметь такие чудовищные последствия.

– Я его уже сделал, расследование не прекращу. Согласно моим данным, изменники пытались похитить Дар Крайса, но он сумел отбиться, – Нуари, словно очнувшись, протянул руку за тостом с паштетом. Утром он так и не позавтракал, и теперь голод настойчиво напомнил о себе. – Информацию я считаю достоверной, но веских доказательств у меня нет. Посему я не могу опираться на неё, как на факт.

– Хочу обрадовать тебя, шена Нуари. Есть несколько имён. Не все из них обязательно заговорщики, они могли пораниться и сами, – Фария самодовольно улыбнулась и протянула подавшемуся вперёд Нуари лист бумаги с написанными именами. – Но для одного дня на Небе неосторожных слишком много. Думаю, тут не все, но больше я пока выяснить не смогла.

– Мне хватит нескольких, – Нуари жадно перечитывал имена, выведенные изящным почерком на розоватой, пахнущей цветами бумаге.

– Я рада, – Фария взяла лимонное пирожное и невинно улыбнулась Нуари. Ему незачем было знать, какими исключительно женскими путями она добыла эту информацию.

– Вот видишь, Карла? Я надеялся на шенай Аштарет. Теперь я могу идти к шене Милену, – самодовольно улыбнулся Нуари. Не мог он явиться к начальнику лишь с подозрениями и желанием расследовать безнадёжное дело.

– Теперь вижу, – ответила девушка. Слова Нуари успокоили её.

– Элиас, я хочу, чтобы ты был осторожен. Очень осторожен. И вы, шенай Аштарет, тоже, – Нуари посерьёзнел. Он собирался открыто заявить, что не желает сдаваться и тем самым ставил их всех под удар. – Ради сокрытия своих действий они готовы на всё. Их не остановит ни страх наказания, ни моральные терзания. Они это уже доказали.