Чёрный инспектор. Крыса в бегах.

– Тогда просто позови её к себе жить, – Крайс едва сдержался, чтобы не сказать лишнего. Фарид столько лет ненавидел его, ревнуя к нему Кою, и теперь достигнутое хрупкое перемирие надо было уберечь любой ценой.

Шедшая рядом Гир с удивлением посмотрела на своего командира, но ничего не сказала, просто ускорила шаг. Впрочем, её всё равно редко замечали. Раньше девушке казалось, что какие-либо нежные чувства совершенно чужды суровому одиночке Фариду. Именно поэтому она всеми силами старалась попасть в его отряд, хотя и не дотягивала по уровню подготовки.

В других ей не давали забыть, что она девушка, хотя некоторым хватало мозгов не говорить об этом в открытую.

По возвращении Фарид решил сначала перекусить, а потом уже идти к Кою. Как раз подошло обеденное время, да и к Главе Гильдии сейчас было не пробиться – многие отряды, как патрульные, так и карательные, возвращались с докладами. Его, конечно, пропустили бы, но к чему такие сложности? Половина длинных столов в обеденном зале была занята. Кто-то приходил, кто-то уходил – масса людей постоянно перемещалась, смешиваясь и обновляясь.

Фарид взял свою порцию и направился к небольшому столу у дальней стены подальше от высоких стрельчатых окон. Этот стол никто никогда не смел занимать, кроме членов его отряда – это была их маленькая негласная привилегия.

Крайс решил и дальше не отделяться от отряда Фарида и сел за тот же стол, что и он. Его не остановили, молча признав право после нескольких совместных операций и сражений. По уровню Крайс заслуживал не только быть частью главной боевой группы Гильдии, но и возглавлять её.

Несколько человек из отряда осталось у Мадам, ещё несколько откололось по дороге, так что свободных мест хватало. Устроившись чуть в стороне от остальных, Крайс принялся за обед. Сегодня были овощное пюре, тушёное мясо и, судя по всему, консервированная морковь. По крайней мере, желтоватая соломка, мнущаяся от малейшего прикосновения, очень была на неё похожа. Крайс устало подумал, что дома на Земле редко позволял себе подобное пиршество, ведь надо было откладывать деньги на лекарства и на еду для всей той оравы вечно голодных детей, что жила в его доме.

Или он просто так и не научился не экономить на еде и на самом себе. Зато на Земле он хотя бы всегда знал, что ест.

– Эй, Крайса! – к столу подошёл Фэрри Лепёшка. Он нервно оглядывался по сторонам и зло скалился.

Фэрри получил право здесь обедать только сегодня утром, когда вступил в ряды Гильдии.